Проект Икар-2

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49
Друзья, коллеги, по-читатели, со-писатели, критики, метатели тапков, и просто не равнодушные.
Затянула меня, стезя писательская, буду ваять продолжение.
Буду выкладывать по главам, очень рассчитываю на объективную критику, ваши замечания, предложения. Запасайтесь тапками, разрабатывайте плечо, чтоб не травмироваться при бросках.
Пока текст выкладывается только здесь.
 

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49
А вот и первая глава:
Глава1. Рус. Появление в Инкубаторе
Сначала, как обычно, я почувствовал вес своего тела. Или это надо называть гравитацией?

Через секунду, ощутил, что голыми подошвами стою на теплом камне, лицо обдувает приятный ветерок, и даже немного припекает солнце.

Зрение и слух, как всегда, проявились последними: слух просто «включился», как рубильником, в ушах добавился фоном шум ветра, неразборчивые крики, чуть в стороне, и почему-то выше, а перед глазами перестали плясать кляксы и искры.

Прояснившемуся взору открылась площадь, не сказать, чтоб большая, футбольное поле и то, наверно побольше в ширину будет. Похоже, что из камня, по крайней мере ее серая поверхность мне больше всего напомнила известняк. На той стороне площади, вытянутой в длину, взгляд нащупал возвышающееся здание. На ум сразу пришла Пизанская башня: такой же цилиндр, с арками опоясывающими каждый этаж, и маленькой башенкой наверху. Разве что эта башня не падала. Фоном ей служила раздвоенная горная вершина, в некотором отдалении.

Непроизвольно обвел взглядом пространство вокруг: место, где я появился со всех сторон, окружали горы. Крутые, скалистые, и высокие, хотя снежников не видно. Ну точно, как и говорили - затерянная в непроходимых горах локация, до которой, только по воздуху.

Глянул под ноги. Я стоял на выступающем из площади на ладонь, цилиндрическом постаменте, диаметром метра четыре. Гладкий, как будто отлили из бетона, никакого орнамента, никаких дополнительных изысков, которыми обычно украшались локации возрождения, или как некоторые говорят – камни возрождения. Хотя почему «камни»? Знаю я пару мест, где лока возрождения – вытоптанный участок на травянистом поле, причем не круглый, а какой-то ромбический.

В нескольких шагах за моей спиной вздымалась почти вертикальная скала, и терялась где-то в вышине. Можно сказать, что камень приткнули у одного края площади, с противоположной стороны от башни. Эта башня оказалось единственной постройкой, которую я смог увидеть. Слева по краю площади были выложены крупные валуны, собранные в группы по три-четыре, разных высот. Больше всего они мне напомнили ступеньки пьедесталов, украшавшие различные стадионы, только эти были покрупнее. За ними просматривалось полого уходящее вниз поле, зеленеющее травяным покровом.

Справа площадка ни ограничивалась ничем. Просто тянулась, тянулась, да и обрывалась в пропасть, как отсеченная ножом. С того места, где я стоял, было видно, что дальше тянется узкая, стиснутая высокими горами долина.

А над обрывом, ближе, дальше, на разной высоте парили икары. Много, я насчитал около десятка. От увиденного даже дух захватило. Забыв обо всем, принялся из разглядывать.

Вон один, забрался выше всех, наверно выше не только двенадцатиэтажки, но и труб ТЭЦ, что стояла неподалеку от родительского дома, и кружит, кружит, кружит, как какой-нибудь орел, выглядывая добычу.

Ниже его несколько икаров ходят челноком туда-сюда вдоль обрыва, на разной высоте.

А вдали, в долине парочка гоняется друг за другом, как играющие птицы: усиленно машут крыльями, то заходят один на другого сверху, то наоборот подныривают, уворачиваются. Играют в воздушные салочки.

Присмотрелся к летающим, благо зрение у меня теперь – сам себе завидую.

Первое, на что обратил внимание – крылья у всех разных цветов. Есть даже розовые. Да, да, сам сначала не поверил, но вот икар, летавший туда-сюда над обрывом выше остальных, исключая, конечно, того, что наворачивал круги в выси, подлетел чуть ближе, и я рассмотрел не только цвет крыльев, но и то, что это была девушка. Длинные волосы развивались на ветру, черный топ обтягивал выступающую грудь. Руки она скрестила под грудью, в отличии от летевшего вслед за ней, но чуть ниже парня, у которого руки просто болтались внизу, как не подвязанные веревочки. Да и крылья у него выглядели двумя кусками старой застиранной простыни: и не белые, и не бежевые, одно слово – грязные. Кстати, ноги у парня тоже были как-то странно поджаты: полусогнуты в коленях, из-за чего его силуэт выглядел какой-то уродливой конструкцией. Глянул опять на девушку – у нее ноги вытянуты в струнку, даже стопы натянуты, и вся она какая-то изящная. Вот розовокрылая долетела до какой-то невидимой черты, почти напротив меня, плавно выполнила разворот на сто восемьдесят градусов, помогла себе парой взмахов, и снова, раскинув крылья, вытянувшись в струнку заскользила к противоположной стороне долины.

Ее преследователь, так же развернулся на обратный курс. Не так ловко, и даже скользнул в крене на развороте, из-за чего потерял немного высоты, и был вынужден усиленно помахать крыльями, чтоб вернуть себе прежнюю позицию. Тут его подрезал другой, с рыжими в крапинку крыльями. Кажется, в воздухе возникла перепалка. Ветром до меня донесло обрывки фраз, и более всего они походили на ругань.

Тут я осознал, что давно не вижу тех двоих, что гонялись друг за другом в долине. Взгляд заметался, выискивая знакомые фигурки…

– Чего раскорячился на камне? – грубый голос со спины вернул на землю. Я, непроизвольно сделал шаг вперед и в сторону, разворачиваясь к говорившему.

– Да, приятель, не стоит занимать точку возрождения.

За моей спиной появились двое: обтягивающие майки с открытыми плечами, у одного синяя, у другого красная. У синего спортивные трусы, будто он вышел на пробежку, у второго серые бриджи до колен. Светло-серые крылья у обоих. Точно! Это же их я видел резвившимися в воздухе! Как это они так быстро оказались на камне возрождения?

Уже было открыл рот, чтоб задать вопрос, но парни, потеряв ко мне интерес прошли мимо, и переговариваясь направились к обрыву.

– Заметил, как я тебя во второй раз достал? Учись, бестолочь…

– Подумаешь, – хмыкнул второй, – зато я тебя каждый раз перекручиваю!

– Тут согласен, красавчик…

И так же вместе прыгнули с обрыва вперед, синхронно разводя крылья в стороны.

В каком-то очаровании я прошел отделяющие меня от обрыва пару десятков метров, и встал на самом краю. В лицо дул ровный ветер. Был бы чуть послабее, мог бы сказать, что приятный. По крайней мере, не холодный.

Долина, которую перегородил обрыв, казалась узкой, из-за стиснувших ее крутых скалистых склонов, уходивших еще выше площадки, на которой располагался лагерь икаров.

Опустил взгляд, и непроизвольно сделал шаг назад, сердце дало сбой. От моих ног, вниз обрывалась пропасть. Высота? Да кто ж ее знает? Ниже меня, так, что можно запросто пару-тройку высотных домов поставить друг на друга, расстилалась белая пелена. Толи туман, а может и облако? Туман, все же мысленно я решил называть ЭТО туманом, застилал всю долину, до самого выхода, где сжимавшие ее стены расступались. Но еще дальше опять маячили пики и вершины. Ну да, самое сердце гор.

Я вдруг осознал всю свою ничтожность – маленькая песчинка, которую с высоты наверно и не разглядеть, на краю гигантской пропасти, в которую если падать – умру наверно раньше, чем до дна долечу. А вокруг, величественные, тысячелетние гиганты.

Раздался свист рассекаемого крыльями воздуха, смешивающийся с каким-то хлопающим звуком, и метрах в десяти от меня на край приземлился «грязнокрылый». Только сейчас обратил внимание, что одет он в подобие белого греческого хитона, такого же, как на мне, но расшитого красным геометрическим орнаментом по низу подола, воротнику и проймам, и более короткого – мой доставал до колен. И еще, у него были темные, почти черные узкие штаны, снизу сильно напомнившие мне джинсы, настолько длинные, что разлохматившиеся по низу штанины подметали камень площади. И только три узких, когтистых пальца вперед, и один назад не давали забыть про строение ног икаров.

Приземлившийся икар свел крылья, но не сложил их за спиной, как делал Феникс. Они как будто бессильно обвисли, из-за чего нижние перья теперь волочились по серому камню площади, подметая осевшую пыль и песок. Кстати, крылья оказались ничуть не грязными, вблизи они выглядели более симпатично: ряды белоснежных перьев перемежались с перьями серебристо-стального цвета. Вот только издали, такое сочетание цветов оказалось далеко не лучшим решением.

Так же, не обратив на меня никакого внимания икар, неторопливым шагом потащился в сторону башни.

Да тут что, всем на меня наплевать?

Новое хлопанье крыльев заставило обернуться. В паре метров от меня на край скалы опустился рыжекрылый.

– Здорово бродяга! – закричал он мне радостно, как только его крылья сложились за спиной, – тю, смотрю новенький пожаловал?

– Привет, – шагнул ему на встречу, протягивая руку, – я Рус. Да, вот только первый раз загрузился икаром.

Тот пожал мою руку, а потом обнял, похлопывая по спине

– Привет-привет, брат-икар, как говорится с прибытием. Зови меня Орланом! – он приподнял свой заостренный нос. Потом отошел на шаг назад, – а ты чего на краю стоишь, чего не летаешь?

– Так я первый раз, пока даже не представляю, как это делается…

– Э-э-э, не сцы, ща научу. Значит так, выходи на край. Разведи крылья…

Я подошел к краю. Посмотрел на сумку-торбу, со стартовым набором новичка ФанВирта висевшим на боку.

– Может снять? – я посмотрел на Орлана

– Да зачем, лети так, – тот махнул рукой, – она не мешает.

Я в ответ пожал плечами. Ну не мешает, так не мешает. Стоя лицом к пропасти, попытался развести крылья. Сначала ничего не получалось – я их просто не ощущал! Знал, даже чувствовал, как какие-то оперенные, и от этого шершавые штуки болтались за спиной. Но почувствовать их, так сказать, взять управление - не мог.

– Так, все понятно. Крыльев не чувствуешь?

Я посмотрел на парня и часто закивал.

– Спокуха, это не сложно. Чувствуешь что-нибудь?

Я ощутил прикосновение руки к крыльевому сгибу, выступавшему у меня над плечом.

– Ага

– Вот, а теперь?

Рука заскользила вниз, и теперь касалась того места в районе лопаток, где у меня из спины вырастали эти странные приспособления. То, как выглядит моя спина, я детально рассмотрел в редакторе, пока создавал персонажа. Навертел голограмму туда-сюда, по-разному.

Сосредоточившись, мне удалось кое-что почувствовать. По крайней мере, так показалось.

– Во-о-от, наконец-то получается! Молоток! – Орлан просто лучился счастьем. – теперь смотри, я их тебе потяну, в стороны, а ты запоминай ощущения.

Возникло ощущение, что у меня из спины торчат руки, только онемевшие, как будто отлёжанные, и кто-то помогает мне их расставить в стороны. Через секунду Орлан вытянул мне и второе крыло.

– Отлично! Да ты просто гений! У тебя здорово получается! Теперь попробуй крыльями взмахнуть, будто руками.

У меня не получилось.

– Не кипишуй, ща все получится. Попробуй мысленно взмахнуть руками, как крыльями.

Я мысленно представил. Ничего сложного.

– А теперь сосредоточься на крыльях, и сделай тоже самое, как руками.

Я попробовал, и… тело даже чуть бросило вперед от воздушной волны

– Вау-вау-вау! Стопе, братиша, не так резко. – Орлан придержал меня за крыло. – Ты так ща просто с обрыва сверзишься, не приняв должной полетной конфигурации!

Последние слова он подчеркнул голосом, с некоторой ноткой иронии.

– И, кстати, не маши при этом и руками!

– Правда чтоль? – Я и не заметил! Только сейчас понял, что стою с разведенными в стороны не только крыльями, но и руками. А я об них и думать забыл! Так на крыльях сосредоточился. – И как вы умудряетесь сразу и крылья, и руки контролировать?

– Не парься, братан, придет со временем.

Только сейчас заметил, что на обрыве уже стояли трое или четверо других икаров, и не вмешиваясь наблюдали за моим обучением.

– Значится так. Махать ты умеешь, разводить крылья научился… – мой «учитель» пожал плечами и развел руки, – да ты готовый летун! – он даже покачал головой. – Теперь делай как я. Встаем на самом краю, разводим крылья…

Он приготовился прыгать рядом, буквально касаясь своими разведенными крыльями моих. Я невольно посмотрел вниз. Кажется, меня немного повело, но боялся показать вид. Сердце в груди молотило как бешенное, даже немного стало отдавать в виски. В животе появилось сосущее чувство. Ну, давай, смелее! Ты же теперь икар! На тебя смотрят! Самоподбадривание, конечно, как всегда, помогало. Меня хотя бы перестало явно лихорадить. Больше всего я опасался, что окружающие заметят мой мандраж.

– Готов? – парень смотрел на меня. Я, как в полусне, пытаясь забыть о жуткой высоте под ногами, кивнул.

– Тогда на раз, два, три. Руки сведи, как перед прыжком в воду. Сигал когда-нибудь с берега?

Сосредоточенно глядя перед собой, я часто-часто закивал.

– Отлично! Тогда раз…

– А ну стоять!!! – громом раздался крик над головой. – Новенький, сделай два шага назад! Быстро!

Над нами со свистом и шумом промчалась гигантская птица, на миг загородившая солнце. Так-то я ненавижу, когда мной командуют. Но сейчас ухватился за возможность отодвинуться, от пугающей меня пропасти.

На обрыв сел еще один икар

– Рыжий, что за цирк ты здесь устроил? – в голосе вновь прибывшего явственно слышались командные нотки и раздражение.

– Да чё ты, Сапсан?! Обучаю новичка полетам! Как ты меня когда-то…

– Бл*дь, ты в своем уме?!! Он же зеленый, как огурец, ему до Ласточкиного обрыва, как до Пекина задним ходом.

– Ну … и не страшно! А вдруг бы полетел? – на ходу подбирая слова начал оправдываться мой несостоявшийся учитель.

– Куда? Кувырком, с километровой высоты?

Услышав про высоту, я еще раз аккуратно выглянул за край. Но поскольку сделать это, я попытался со своего места, со стороны наверно выглядело забавно: выставив вперед ногу, я немного наклонился, и вытянул шею, как жираф.

– Чё ты, Сапсан, видишь – он и сам бы туда не сиганул. Смотри, как от края щемится, услышав про высоту.

– Рыжий, иди отсюда, – видимо Сапсан остывал, из голоса пропал металл, появились усталые нотки, – ты норму сегодняшнюю сделал?

– Не, ну чё ты начинаешь? Сел передохнуть, смотрю, человечку помощь нужна…

Сапсан только отмахнулся, – Иди, летай.

И подошел ко мне.

– Привет, – протянул руку, – как ты уже понял, я – Сапсан. Извини что так получилось.

– Руслав, – пожал протянутую руку, – а в принципе, что могло случиться? Ну возродился бы на камне, через часик. Реализм, конечно, реализмом, но ведь до смерти тут не умирают?

Мой новый знакомый усмехнулся, – До смерти, конечно, нет. Да и возродился бы ты не через час, а сразу же, здесь же тестовая лока, многие функции упрощены, но с этим мы тебя еще познакомим. Но вот свой стартовый набор ты бы уже не достал.

– Блин, – я почесал затылок, – не подумал…

В моей котомке лежали как стандартные вещи, которые получал любой новичок ФанВирта: деревянная миска, оловянная ложка, оловянная же кружка. Так и вещи, которых в моем предыдущем наборе новичка не было: здоровый шмат солонины, и буханка черного хлеба. А еще литровый кожаный бурдюк. Насколько я помнил, все новичковые вещи были с повышенной прочностью, например кружку и миску я протаскал всю свою прошлую «жизнь» так ни на что, не променяв, хотя были варианты.

– А что, забрать их снизу, не вариант?

– Как тебе сказать? – Сапсан пожал одним плечом, склонив к нему голову, – сам то ты еще долго можешь даже не пытаться спускаться вниз – дорога в один конец. Да честно сказать и не каждый старожил сможет подняться со дна. Тем более сейчас, сквозь такую облачность. Кстати, – подмигнул он мне, – чего мы все стоя, да на сухую? Пойдем, познакомлю тебя с Инкубатором. Это мы так тестовую локу зовем, – пояснил он мне. Впрочем, это я знал и так. – а еще надо определиться с твоим наставником, ибо самостоятельно ты эту науку будешь осваивать до морковкиного заговения.

И приглашающе махнув мне рукой направился в сторону все той же «Пизанской» башни.
 

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49
Изменил первую главу, вот:
Как обычно вначале, я почувствовал вес своего тела. Или это надо называть гравитацией?
Через мгновенье, ощутил, что голыми подошвами стою на теплом камне, лицо обдувает приятный ветерок, и даже немного припекает солнце.
Зрение и слух, традиционно, проявились последними: секунда, и слух просто «включился», как рубильником, в ушах добавился фоном шум ветра, неразборчивые крики, где-то чуть в стороне, и почему-то выше. А перед глазами перестали плясать кляксы и искры.
Прояснившемуся взору открылась площадь, не сказать, чтоб большая, футбольное поле и то, наверно побольше в ширину будет. На той стороне взгляд уперся в возвышающееся здание. Ассоциация услужливо отыскала в памяти Пизанскую башню: такой же цилиндр, с арками опоясывающими каждый этаж, и маленькой башенкой наверху. Разве что эта башня не падала. Фоном ей служила, находящаяся на значительном удалении раздвоенная горная вершина.
Обвел взглядом пространство вокруг: место, где я появился со всех сторон, окружали горы. Крутые, скалистые, и высокие, кое-где даже снежные шапки выглядывали. Ну точно, как и говорили - затерянная в непроходимых горах локация, до которой, только по воздуху. Ладно, делать нечего, надо обживаться, теперь это мой дом. Причем, непонятно на какой срок. Назвался груздем – полезай в котомку, назвался икаром… В горы?

Опять ветер донес обрывки криков. Непроизвольно повернулся.
Справа площадь ни ограничивалась ничем. Просто тянулась, тянулась, да и обрывалась как отсеченная ножом. С того места, где я стоял, было видно, что дальше начинается узкая, стиснутая высокими горами долина.
А над обрывом, ближе, дальше, на разной высоте парили икары. Вернее, это я уже знал, как называются эти крылатые существа. А так, с виду – человек человеком, только крылья из-за спины. Ну и ноги…
Летунов оказалось не мало, я насчитал около десятка. От увиденного даже дух захватило. Забыв обо всем, принялся их разглядывать.
Вон один, забрался выше всех. Высоко, наверно выше не только двенадцатиэтажки, или труб ТЭЦ, что стояла неподалеку от родительского дома. Как бы не повыше Останкинской башни. И кружит, кружит, кружит, как какой-нибудь орел, выглядывающий добычу.
Большинство остальных икаров ходят челноком туда-сюда вдоль обрыва, на разной высоте, долетают до какой-то, невидимой мне границы, и назад.
А вдали, в долине еще парочка гоняется друг за другом, как играющие птицы: усиленно машут крыльями, то заходят один на другого сверху, то наоборот подныривают, уворачиваются. Играют в воздушные салочки.
Присмотрелся к летающим, благо зрение у меня теперь – сам себе завидую.
Первое, на что обратил внимание – крылья у всех разных цветов. Есть даже розовые. Да, да, сам сначала не поверил, но вот икар, летавший над обрывом выше остальных, исключая, конечно, того, что наворачивал круги в выси, подлетел чуть ближе, и я рассмотрел не только цвет крыльев, но и то, что это была девушка. Длинные волосы развивались на ветру, черный топ обтягивал выступающую грудь. Руки она скрестила под грудью, в отличии от летевшего вслед за ней, но чуть ниже парня, у которого руки просто болтались внизу, как не подвязанные веревочки. Да и крылья у него выглядели двумя кусками старой застиранной простыни: и не белые, и не цветные, одно слово – грязные. Кстати, ноги у парня тоже были как-то странно поджаты: полусогнуты в коленях, из-за чего его силуэт выглядел уродливой конструкцией. Глянул опять на девушку – у нее ноги вытянуты в струнку, даже стопы натянуты, и вся она какая-то грациозная. Вот розовокрылая долетела до какой-то невидимой черты, почти напротив меня, изящно выполнила разворот на сто восемьдесят градусов, помогла себе парой взмахов, и снова, раскинув крылья, вытянувшись в струнку заскользила к противоположной стороне долины.
Ее преследователь, так же развернулся на обратный курс. Не так ловко, и даже скользнул в крене на развороте, из-за чего потерял немного высоты, и был вынужден усиленно помахать крыльями, чтоб вернуть себе прежнюю позицию. Тут его подрезал другой, с рыжими в крапинку крыльями. Кажется, в воздухе возникла перепалка. Ветром до меня донесло обрывки ругани. Понятно! Вот ее то я и услышал.
В какой-то момент я осознал, что давно не вижу тех двоих, что гонялись друг за другом в долине. Взгляд заметался, выискивая знакомые фигурки…
– Чего раскорячился на камне? – грубый голос со спины вернул на землю. Я, непроизвольно сделал шаг вперед и в сторону, разворачиваясь к говорившему.
– Да, приятель, не стоит занимать точку возрождения.
За моей спиной появились двое: обтягивающие майки с открытыми плечами, у одного синяя, у другого красная. У синего спортивные трусы, будто он вышел на пробежку, у второго серые бриджи до колен. Светло-серые крылья у обоих. Точно! Это же их я видел резвившимися в воздухе! Как это они так быстро оказались на камне возрождения?
Уже было открыл рот, чтоб задать вопрос, но парни, потеряв ко мне интерес прошли мимо, и переговариваясь направились к обрыву.
– Заметил, как я тебя во второй раз достал? Учись, бестолочь…
– Подумаешь, – хмыкнул второй, – зато я тебя каждый раз перекручиваю!
– Тут согласен, красавчик…
И так же вместе прыгнули с обрыва вперед, синхронно разводя крылья в стороны.
В каком-то очаровании я прошел отделяющие меня от обрыва пару десятков метров, и встал на самом краю. В лицо дул ровный ветер. Был бы чуть послабее, мог бы сказать, что приятный. По крайней мере, не холодный.
Долина, которую перегородил обрыв, казалась узкой, из-за стиснувших ее крутых скалистых склонов, уходивших еще выше площадки, на которой располагался лагерь икаров.
Опустил взгляд, и непроизвольно сделал шаг назад, сердце дало сбой. От моих ног, вниз обрывалась пропасть. Высота? Да кто ж ее знает то? Ниже меня, так, что можно запросто пару-тройку высотных домов поставить друг на друга, расстилалась белая пелена. Толи туман, а может и облако? Туман, все же мысленно я решил называть ЭТО туманом, застилал всю долину, до самого выхода, где сжимавшие ее стены расступались. Но еще дальше опять маячили пики и вершины. Ну да, «самое сердце гор».
Вдруг, как холодным душем на меня обрушилось осознание своей ничтожности: маленькая песчинка, которую с высоты наверно и не разглядеть, на краю гигантской пропасти, в которую если падать – умру от страха раньше, чем до дна долечу. И долина эта, кажется узкой, только на фоне окружающих вершин. Так то, от «стенки до стенки» наверно несколько километров будет. А вокруг, величественные, тысячелетние гиганты. Красиво, конечно, но… не привык я пока еще к такой грандиозности.

Раздался свист рассекаемого крыльями воздуха, смешивающийся с каким-то хлопающим звуком, и метрах в шести от меня на край приземлился «грязнокрылый». Только сейчас обратил внимание, что одет он в подобие белого греческого хитона, такого же, как на мне, но расшитого красным геометрическим орнаментом по низу подола, воротнику и проймам, и более короткого – мой доставал до колен. А еще, у него были темные, почти черные узкие штаны, снизу сильно напомнившие мне джинсы, настолько длинные, что разлохматившиеся по низу штанины подметали камень площади. И только три узких, когтистых пальца вперед, и один назад не давали забыть про строение ног икаров.
Приземлившийся икар свел крылья, но не сложил их за спиной, как делал Феникс. Они как будто бессильно обвисли, из-за чего нижние перья теперь волочились по серому камню площади, подметая осевшую пыль и песок. А икар, так же не обратив на меня никакого внимания, неторопливым шагом потащился в сторону башни.
Кстати, крылья оказались ничуть не грязными, вблизи они выглядели более симпатично: ряды белоснежных перьев перемежались с перьями серебристо-стального цвета. Вот только издали, такое сочетание цветов оказалось далеко не лучшим решением.
Да тут что, всем на меня наплевать?
Новое хлопанье крыльев заставило обернуться. В паре метров от меня на край скалы опустился рыжекрылый.
– Здорово бродяга! – закричал он мне радостно, как только крылья сложились за спиной, – тю, смотрю новенький пожаловал?
– Привет, – шагнул ему на встречу, протягивая руку, – я Рус. Да. Вот только первый раз загрузился икаром.
Тот пожал мою руку, а потом обнял, похлопывая по спине
– Привет-привет, брат-икар, как говорится с прибытием. Зови меня Орланом! – он приподнял свой заостренный нос. Потом отошел на шаг назад, – а ты чего на краю стоишь, чего не летаешь?
– Слушай, – я опасливо глянул в сторону обрыва, – я вообще-то в первый раз, пока даже не представляю, как это делается…
– Э-э-э, не сцы, ща научу, не сложно. Значит так, выходи на край. Разведи крылья…
Я, вздохнув, подошел к краю. Взглянул на сумку-торбу, со стартовым набором новичка ФанВирта висевшим на боку.
– Может снять?
– Да зачем, лети так, – Орлан небрежно отмахнулся, – она не мешает.
Я в ответ пожал плечами. Ну не мешает, так не мешает. Переминаясь с ноги на ногу, опять покосился вниз… Охренеть! Как забыть о той бездне, что у тебя под ногами? Потихоньку, стараясь сделать это незаметно выдохнул сквозь зубы. Прикрыл глаза. Так, развести крылья…
Минуточку! Другая мысль почти вытеснила у меня страх высоты – я не чувствовал свои крылья! Внутри пробежал холодок. А как же тогда летать?
То, что крылья сзади, я не то, что знал, я их чувствовал. Вот, две какие-то плоские, относительно увесистые штуки болтаются за спиной. Большие. До земли не достают, но икрами при ходьбе их чувствовал. А еще, я ощущал, что сзади что-то оттягивает спину. Не как рюкзак, а наверно, как бутафорские крылышки, которые подвешивают за спину на костюмированных карнавалах.
Мне что, досталась ущербная версия?
– Так, все понятно. Крыльев не чувствуешь?
Я посмотрел на парня, - Да, - выдохнул тревожно.
– Спокуха, не ссать! Это у всех по-первости. Ща, проведем тебе индивидуальный сеанс. Вот так, чувствуешь что-нибудь?
Я ощутил прикосновение руки к крыльевому сгибу, выступавшему у меня над плечом. Очень непривычное чувство. С одной стороны – я чувствую, что к моей плоти что-то прикасается. Но мозг просто отказывается верить, что вот ЭТО – часть моего тела. Да я двадцать четыре года прожил на свете, и уже привык к своему телу. Нет у него ни каких крыльев!
– Ну так что, есть?
– Ага, – подтвердил, сам себе не веря.
– Отлично! Значит это, как его? Нейромышечное сопряжение произошло. Продолжим.
Рука заскользила вниз, и теперь касалась того места в районе лопаток, где у меня из спины вырастали эти странные приспособления. То, как выглядит моя спина, я детально рассмотрел в редакторе, пока создавал персонажа. Навертел голограмму туда-сюда, по-разному. Вроде – все логично: в районе лопаток у меня из спины вырастали два здоровенных крыла, настолько больших, что сгиб в сложенном состоянии выступал над плечом почти до мочек ушей, если смотреть на фигурку спереди, а кончики доставали до середины икроножных мышц.
Сосредоточившись, мне удалось кое-что почувствовать. По крайней мере, так показалось.
– Во-о-от, наконец-то получается! Молоток! – видимо на лице у меня что-то отразилось. Орлан просто лучился счастьем. – теперь смотри, я их тебе потяну, в стороны, а ты запоминай ощущения.
Сначала, возникло чувство, как будто мертвую, приделанную к спине бутафорию тянут в сторону. Потом, постепенно возникло ощущение, что у меня из спины торчат … не знаю, еще одни руки? Только онемевшие, как будто отлёжанные, и кто-то помогает мне их расставить в стороны. Через секунду Орлан вытянул мне и второе крыло.
– Отлично! Да ты просто гений! У тебя здорово получается! Теперь попробуй крыльями взмахнуть.
У меня не получилось.
– Не кипишуй, ща все получится. Попробуй мысленно взмахнуть руками, как крыльями.
Я мысленно представил. Ничего сложного.
– А теперь сосредоточься на крыльях, и сделай тоже самое, как руками.
Я попробовал, и… тело даже чуть бросило вперед от воздушной волны
– Вау-вау-вау! Стопе, братиша, не так резко. – Орлан придержал меня за крыло. – Ты так ща просто с обрыва сверзишься, не приняв должной полетной конфигурации!
Последние слова он подчеркнул голосом, с некоторой ноткой иронии.
– И, кстати, не маши при этом и руками!
– Правда чтоль? – Я и не заметил! Только сейчас понял, что стою с разведенными в стороны не только крыльями, но и руками. А я об них и думать забыл! Так на крыльях сосредоточился. – И как вы умудряетесь сразу и крылья, и руки контролировать?
– Не парься, братан, придет со временем.
На обрыве уже нарисовались трое или четверо других икаров, и не вмешиваясь наблюдали за моим обучением. Кажется, в этот момент приземлялась розовокрылая девушка. Но мне, было не до того.
– Значится так. Махать ты умеешь, разводить крылья научился… – мой «учитель» пожал плечами и развел руки, – да ты готовый летун! – он даже покачал головой. – Тогда вперед! Покорять воздушный океан!
Легко сказать! Я опять подумал о том, какая бездна лежит под ногами. За туманом земли было не видно, но воображение рисовало внизу острые пики, на которые сейчас наденется моя тушка. Кажется, я сглотнул.
– Боишься?
Я отрицательно замотал головой. Сказать в слух побоялся – горло сжал спазм, не хотелось давать петуха, на виду у моих будущих товарищей. Тем более, среди них наблюдались представители прекрасной половины человечества.
– Не дрефь, давай вместе. Делай как я. Встаем на самом краю, разводим крылья…
Орлан встал рядом на краю, буквально касаясь своими рыжими крыльями моих. Я опять невольно посмотрел вниз. Кажется, меня немного повело, но показывать страх в свой первый день мне тоже не хотелось. Сердце в груди молотило как бешенное, даже немного стало отдавать в виски. В животе появилось сосущее чувство. Ну, давай, смелее! Ты же теперь тоже икар! На тебя смотрят! Самоподбадривание, конечно, как всегда, помогало. Меня хотя бы перестало явно лихорадить. Больше всего я опасался, что окружающие заметят мой мандраж.
– Готов? – парень смотрел на меня. Я, как в полусне, пытаясь забыть о жуткой высоте под ногами, кивнул.
– Тогда на раз, два, три. Руки сведи, как перед прыжком в воду. Сигал когда-нибудь с берега?
Сосредоточенно глядя перед собой, я часто-часто закивал.
– Отлично! Тогда раз…
Сердце сейчас выпрыгнет, мир вокруг сузился и кажется замер. Движения и речь Орлана растянулись, как в киношном слоумо.
– Д…В…А-а-а…
Я кажется зажмурился, и начал падать вперед, готовясь оттолкнуться ногами.

– А ну стоять!!! – громом раздался крик над головой. – Новенький, сделай два шага назад! Быстро!
В последний момент я остановил падение, вцепившись когтями в край обрыва. Кажется, взмахнул руками, чтоб удержать равновесие.
Над нами со свистом и шумом промчалась гигантская птица, на миг загородившая солнце. Так-то я ненавижу, когда мной командуют, но сейчас ухватился за возможность отодвинуться, от пугающей меня пропасти. На обрыв сел еще один икар
– Рыжий, что за цирк ты здесь устроил? – в голосе вновь прибывшего явственно слышались командные нотки и раздражение.
– Да чё ты, Сапсан?! Обучаю новичка полетам! Как ты меня когда-то…
– Бл*дь, ты в своем уме?!! Он же зеленый, как огурец, ему до Ласточкиного обрыва, как до Пекина задним ходом.
– Ну-у-у … и не страшно! А вдруг бы полетел? – на ходу подбирая слова начал оправдываться мой несостоявшийся учитель.
– Куда? Кувырком, с километровой высоты?
Услышав про высоту, я еще раз аккуратно выглянул за край. Но поскольку сделать это, я попытался со своего места, со стороны наверно выглядело забавно: выставив вперед ногу, я немного наклонился, и вытянул шею, как жираф.
– Чё ты, Сапсан, видишь – он и сам бы туда не сиганул. Смотри, как от края щемится, услышав про высоту.
– Рыжий, уйди с глаз моих, – видимо Сапсан остывал, из голоса пропал металл, появились усталые нотки, – ты норму сегодняшнюю сделал?
– Не, ну чё ты начинаешь? Сел передохнуть, смотрю, человечку помощь нужна…
Сапсан только отмахнулся, – Иди уже, учитель, летай…
И подошел ко мне.
– Привет, – протянул руку, – как ты уже понял, я – Сапсан. Извини что так получилось.
– Руслав, – пожал протянутую руку, добавил бодро, скрывая уже отпускавший меня ужас перед огромной высотой, – пустяки, проехали.
– Ну и славно, – подмигнул мне обладатель серебряных крыльев. – Рыжий, он как ребенок, все бы над кем-нибудь подшутить.
Знаю я таких шутников. Клоуны. Им шутки, а я чуть не обделался!
– Да без проблем. Слушай, – парень мне показался серьезным, а спросить было больше некого, – тут такое дело…. Я не пойму, как крыльями пользоваться. Я тут смотрел: вы ими машете, или просто расправив парите, а я… я их просто не чувствую!
 

dJulia

dJulia

Ну где там Белый кролик?
Команда форума
Регистрация
13 Сен 2018
Сообщения
688
Оценок
866
Баллы
406
Возраст
120
и теперь все перечитывать??? а ты коварный ,) а чего не отредактировал в первом спойлере? со временем этот может затеряться в переписке...
 

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49
и теперь все перечитывать??? а ты коварный ,) а чего не отредактировал в первом спойлере? со временем этот может затеряться в переписке...
найдется. когда закончу и выложу целиком
а это - рабочий процесс.
 

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49
Тэк-с... в муках родилась вторая глава.

– Совсем не чувствуешь? – Сапсан недоверчиво посмотрел на меня, – я же видел, ты ими даже взмахнуть сумел.
– Если честно, я даже не понимаю, как это получилось! – развел руками, – у меня ощущение, что из спины торчат две онемевшие культяпки, которые мне совсем не подчиняются.
– Фух, – выдохнул собеседник, – я уж думал нейронной связи не образовалось. А так-то, – он сделал небрежный жест кистью, – все через это проходили. Так, подожди минутку, – и обернулся к стоящим невдалеке ребятам.
Несмотря на то, что затеянное Рыжим-Орланом представление не состоялось, часть народа не разошлась и сейчас что-то обсуждала.
Три парня и две девушки, одной из которых была уже виденная мной розовокрылая. Сейчас я имел возможность разглядеть ее получше. Невысокая, почти на голову ниже нас с Сапсаном. Копна каштановых волос струиться по плечам, и сбегает до лопаток. Черный топ обтягивает высокую грудь, оставляя открытым втянутый животик. Ниже – шаровары на манер восточных, сквозь которые проглядывают накаченные бедра и ягодицы. Невольно сравнил ее с Анахитой. Аня конечно выше, но при этом узкобедрая, впрочем, как и все девушки-модели. Эта же, как будто сошла с плакатов фитнес-залов и качалок.
Она о чем-то оживленно спорила с уже виденными мной воздушными акробатами. За ее плечом маячил «грязнокрылый»
– Давай-ка я тебя познакомлю, – Сапсан сделал приглашающее движение рукой. – Смотри, это наши братья-актобатья Чук и Гек. Воздушные хулиганы, но вообще отличные ребята.
А они действительно как братья! Крепенькие, сбитые, повыше, конечно розовой, но на полголовы ниже меня. Одинаковые короткие прически. Даже чертами лица чем-то похожи.
– Третий, это Витус, – Сапсан снисходительно хмыкнул, – его легко найти, где Майка, там и он. Ну и наши красавицы: Веточка и пчелка-Майя.
При этих словах, розовая прервалась и повернулась к нам.
– Что, Саш?
– Ребят, минуточку внимания, – теперь на нас смотрели все пятеро. – Это, наш новичок. Его зовут Рус. Пока ничего не умеет, и кому-то придется ему помочь, в покорении воздушного океана.
Три пары хмурых мужских глаз уставились на меня. Братья – как на потенциальную досадную помеху, Витус, или как я его теперь мысленно переименовал - Пьеро, настороженно. Майя не отрываясь смотрела на Сапсана. И только еще одна девушка-икар, Веточка, ладненькая, с точеной фигуркой, и темной стрижкой «под мальчика», приветливо улыбнулась и помахала ладошкой.
Несколько секунд тянулась пауза. Ответной инициативы не наблюдалось.
– Так, если желающих нет… – Витус-Пьеро сделал попытку что-то сказать, но серебрянно-крылый его остановил, – не, Вит, только не ты… Хм, к братьям тебя что ли отправить? …, – Сапсан принялся рассуждать вслух, – они тебя угробят. – Посмотрел на меня, подмигнул, – не, ты нам еще нужен. Живой. Майя, – он перевел взгляд на розовую, – сможешь заняться новеньким?
Улыбка постепенно стерлась с губ девушки. Она бросила взгляд в мою сторону, потом снова обратилась к Сапсану, – Саш, а почему я? Мне что, заняться больше нечем?
– Майечка, – парень прижал руки к груди, – во-первых, ты отлично летаешь. Можно сказать – лучше всех. – Мышцы на лице девушки слегка дернулись, снова собираясь в намек на улыбку. – Во-вторых, ты же хочешь получить статус наставника? – В глазах розовой блеснула надежда. – Ну и в-третьих, сделай это для меня.
Пчелка-Майя снова расплылась в счастливой улыбке. – Для тебя, конечно. – перевела взгляд на меня. Улыбка стерлась.
– Да, и покажи ему, что тут у нас где, введи в курс…
– Пойдем, новичок, – тяжело вздохнув, Майя повернулась, и направилась в сторону башни.

Пару минут мы шли молча, она впереди, я тащился за ней, соображая, как же так получилось, что еще вчера вечером я был воином, мечником, у меня была девушка, а теперь…
– Так, как там тебя?
– Руслав, – ответил машинально. И чуть не налетел на мою нечаянную наставницу, которая развернулась ко мне. Ее указательный пальчик уперся мне в грудь.
– Давай-ка кое-что проясним, новичок. Я, конечно, буду тебя учить, ибо мне позарез нужен статус наставника. То есть полететь ты полетишь. Но на этом – все. Я тебе – не мамка, объяснять, что-как в ФанВирте не буду, сам разберешься, надеюсь – не маленький. И еще, – палец больно ткнул меня в грудь второй раз, – мне нафиг не сдался еще один членистоногий, пускающий слюни на мою задницу. Понял?
– Окей, – я наконец смог поднять взгляд и посмотрел ее в глаза, – давай проясним. Это в икарах я пока, – выделил голосом «пока», – новичок. Еще вчера я был воином, семьдесят восьмого уровня, говорит это о чем-нибудь? – ответный взгляд был красноречив. Вот так, не люблю, когда со мной не считаются. – Зовут меня, Руслав, для краткости можно Рус. И кстати, ты должна знать, лучше меня, что у нас сзади крылья…
– И что? – непонимание в глазах.
– И ничего. – Пришлось пояснить, – не смотрел я на твою задницу, ее крылья закрывают. Я просто о своем задумался.
Несколько секунд я выдерживал подозрительный взгляд. Но по видимости, мой был так чист и бесхитростен, что наконец она хмыкнула, и чуть смягчилась.
– Ладно, нови… Рус, пойдем, покажу тебе где можно шмотки кинуть.
– Слушай, – обратился я через несколько шагов, – а кто такой «членистоногий»?
– Что? – она даже несколько опешила, но потом сообразила, рассмеялась от души, – а, это! Есть у вас, мужиков такой подотряд. Куда член, туда и ноги. Задрали уже.
Прыснул в ответ, – успокойся, у меня есть девушка…
Тем временем мы подошли к Пизанской башне.
– Итак, – начала экскурсию Майя, – это, Общий дом. У нас здесь тест, поэтому разработчики не заморачивались разнообразием строений. Наверняка обратил внимание, что даже камень возрождения здесь прост и скучен до невозможности, как будто из бетона отлили. Дескать – свою функцию выполняет, и ладно. Так и тут, – она вздохнула, – просто, функционально, непритязательно. Скучно… Голодный?
Я помотал головой, о еде пока даже не думал.
– Вот и хорошо. Но учти, икары – проглоты. Это нам такую расовую фишку подкинули. – она скривилась, – Харчевня здесь же, на первом этаже, потом сходим. На втором – новичковые личные комнаты. Тебе пока туда.
– Что еще за дискриминация? – взвился я.
– А-а-а, раз так давай, крутой парень, можешь занять любую свободную. – Девушка изобразила жест рукой «вперед», – но учти, лестница есть только на второй этаж.
Присмотрелся. Действительно, в башне я насчитал одиннадцать этажей, и маленькую башенку сверху. Каждый этаж оформлен арками, за которой виднелась дверь. И только по периметру второго шел узкий карниз, на который вели две расходящиеся в виде латинской «v» лестницы.
Выдохнул, – понятно.
– Занимай любую, сейчас из нелетающих здесь, только ты. Доживем до открытой бетты – надеюсь добавят помещений. Давай, располагайся, будешь готов - найдешь меня на Ласточкином обрыве.
Она махнула рукой в сторону, откуда только что пришли, развернулась, в несколько шагов разбежалась, и высоко подпрыгнув умахала от меня в направлении все той же долины.

Я толкнул ближайшую к правой лестнице дверь, замер на пороге. Моя новая Личная Комната. Пожал плечами, ну и ладно, начну с чистого листа – пустой прямоугольник стен, ни мебели, ни вещей, ни картин. Не сказать, чтоб я и в прошлую сильно вкладывался, но какой-никакой уют у меня был. Ладно, что толку залипать в прошлом? Скинул в угол торбу с «новичковым» набором, развернулся и вышел.
Под ногами расстилалась пустая площадь. Поскольку двери в таверну смотрели прямо на обрыв, а лестница, поднимаясь опоясывала четверть оборота башни, я видел перед собой только прямоугольник площадки, круг камня возрождения на той стороне, и высокую скалу, которая ограничивала дальний от меня край площади. Правый от меня край площади обрывался в уже виденную мной пропасть. Левый, скрывала башня. Я сначала хотел обойти ее вокруг, по карнизу, но его ширина, менее полуметра и отсутствие перилл разохотили от такого путешествия.
До земли метра три. Справа призывно выглядывали ступеньки. Спрыгнуть? Бросил взгляд по сторонам, вроде никого. Над обрывом по-прежнему рассекают мои новые сородичи, но вроде никому нет дела, до одинокой фигурки, стоящей на карнизе.
Так, и как это делается? Я ведь вроде уже пробовал. Почувствовать крылья… Ну же…
Мысленный взор сосредоточился на лопатках. Та-а-ак… Вот и они, непонятные отростки. Ну-ка давайте, расправляйтесь!
Повернул голову назад. Ничего – крылья как висели, так и висят. Полное ощущение, что я пытаюсь шевелить отлежанной рукой. Вижу – вот она, и даже если трогаю, то чувствую, но пошевелить не получается.
Дотянулся левой рукой, провел по крыльевому сгибу. Пальцы нащупали перья, жесткие, гладкие. В крыле возникли ответные ощущения. Да! Вот же – чувствую! Ну ка еще!
Крыло шевельнулось, пытаясь расправиться, я почувствовал, как оно упирается в стенку за моей спиной… И я чуть не сверзился с парапета вниз! О черт!
Извернулся так, что в боку закололо, ухватился за ручку двери. Ну конечно, не размявшись, не разогревшись выдаю здесь пируэты и скрутки! Еще раз глянул вниз. Ну нафиг, здесь же ноги переломаешь! Лестница надежнее.

Пешком дотопал до обрыва. Диспозиция поменялась незначительно – все так же челноками вперед-назад летали икары. Все так же розовые крылья Майи виднелись выше других. Все так же, закономерно вслед за ней пытался следовать несуразный Пьеро. Не увидел серебряных крыльев Сапсана, да Чук и Гек носились красной и синей молниями промеж остальных.
Сложил руки рупором.
– Майя! – разнеслось над долиной.
Похоже бестолку. Она на высоте этажа так двенадцатого. Да еще и ветер с долины наверняка мои вопли относит. Ладно, подожду.
Взгляд опять прикипел к пропасти под ногами. Черт, как же высоко! И ведь никакой ограды. Хотя зачем она им. Покосился на летающих.
Что б не стоять болванчиком, ожидая, пока на меня снизойдет наставник, решил: попробую опять почувствовать крылья.
Встал в паре метров от обрыва, лицом к долине. Вновь мысленно попытался почувствовать крылья. Уже привычно мысленным взглядом пробежал по спине. Вот и новые части моего тела, ощущаю их как продолжение лопаток. Они же имеют мышцы? Если «да», то я могу их напрячь.
Это ощущалось так, как будто я напрягаю мышцы спины. Крылья как будто шевельнулись. Оглянулся. Черт! Как бы я сейчас хотел взгляд от третьего лица, чтоб видеть, что у меня там происходит… Кстати!
Я даже поднял голову – вон оно, солнышко, висит над головой, освещает долину. Развернулся спиной к пропасти, опустил взгляд. Отлично! Четкая тень пробежала от моих ног. Эх, солнце слишком высоко, тень получилась коротенькая. Но зато я вижу, как с двух сторон от моей головы высятся теневые горбики. Ну-с, попробую.
Новый мышечный импульс… Ура! «Горбики» по обе стороны от головы дернулись, и увеличились в размерах, по бокам моей фигуры раздвинулись как бы шторки, скрыв силуэт. Еще. По тени было похоже, что два холма росли, росли, вверх и в стороны, и вдруг приобрели форму крыльев. Да! Получилось!
Тут же я ощутил, что в спину что-то мягко, но в то же время настойчиво начало толкать. Я уперся ногами, даже слегка откинулся назад, напрягая мышцы тела. Заметил, как тени от моих крыльев раздвинулись еще, и в тот же момент от сильного толчка полетел вперед. Несколько шагов я успевал перебирать ногами, потом запнулся, и покатился кубарем по жесткому камню. А-а-а-а!!!
Как же больно! Ранее, в реальной жизни, мне приходилось много кувыркаться. Это были жесткие, почти «деревянные» маты в фехтовальном зале. Позже это была хорошо утоптанная земля. Но обычно на теле всегда была какая-то защита: хотя бы стеганка, или реплика средневекового гамбезона. Кувыркался я и в бригантине, будучи сбитым с ног на бугурте. Но сейчас, между голым камнем, и моим телом оказалась только тонкая ткань хитона.
Поднялся на ноги, оглядел себя. Отметил, почти самодовольно: не прошли даром уроки реальной акробатики – голова камня даже не коснулась, больно только спине, на которой я прокатился, да слегка ушибся пятками, не до конца сгруппировавшись. А так почти без потерь. Привычно открыл игровой интерфейс. Здоровье просело на пяток процентов, ерунда. Глянул вкладку амуниции. Хитон утратил прочности на четверть. На голограмме отмечались пара прорех на спине. Не беда, есть иголка с ниткой, вечером починю.
Глянул на верх. Майя по-прежнему там, в небесной выси, ну хоть бы взгляд на землю кинула! Ладно, я вроде и сам справляюсь.
Итак, развести крылья теперь получается. А пинка я получил от ветра. Еще бы, такая парусность у крыльев! Как сразу не подумал? Встану как я теперь боком.
Сказано-сделано. Опять развел крылья. Правое, нацеленное прямиком в башню Общего дома вытянулось по ветру, как полотнище, зато левое ветер стремился завернуть, и мне пришлось прилагать некоторые силы, чтоб удерживать его распахнутым.
Так, теперь надо научиться махать. Хоть мои новые сородичи и парят, почти без взмахов в вышине, взлетают они все же используя маховый полет. Да и Феникс тогда, поднимался на махах.
Значит махать крыльями для икара, то же самое что переставлять ноги для человека – основа передвижения? Буду осваивать! Как там Рыжий говорил? «Махнуть как руками»? А я при руками и махал. Раскинул руки, параллельно крыльям. И-раз…
Сосредоточившись лишь на ощущениях в спине, я не заметил, как прикрыл глаза, даже постоянный фоновый шум от ветра перестал слышать. Ну же! Давай! Сжать мышцы – распустить мышцы, еще раз…
Кажется, меня крутануло, глаза тут же сами собой раскрылись. Я опять лицом к долине, до края метра три, не меньше, облегченно выдохнул. И только сейчас дошло! Ну-ка? Взмах, еще взмах. Получилось!!!
Так что, я могу присоединиться к летающим? А почему нет? Сейчас взлечу, ничего хитрого на мой взгляд икары не делали – парили себе вдоль края, изредка помогая взмахами, я так тоже смогу.
Мелькнула тщеславная мыслишка: «вот вам, и новичок! Без наставника обошёлся!» Представляю, как удивиться Майка, увидев меня рядом! Хотя, чему я удивляюсь? Я же вам не диванный игрун, большую часть сознательной жизни в спорте. Мой организм с детства приучен осваивать сложную моторику.
Подошел к самому краю, когти вцепились в каменный выступ. Как там? Раскинь крылья и прыгай, как в воду? Это не сложно, нырять я люблю! Так, крылья в стороны. Кажется, я даже услышал хлопок, когда мои новые конечности распахнулись за спиной. Встречный ветер налег на них, и мне пришлось сделать шаг назад, уперевшись.
Вот черт, зачем здесь этот ветер? Как они взлетают, не будучи отброшенными назад? Потом вспомнил старт Майки. Ну точно! Она же разбежалась, чтоб преодолеть встречный ветер!
Сложил крылья, самодовольно отметил про себя, что процедура, еще недавно вызвавшая столько трудностей становится рутиной. Отошел назад на десять шагов, опять встал лицом к долине, крылья предусмотрительно держал сложенными.
Ветер развивал волосы, холодил лицо, трепал хитон. Может развернуться, и взлететь по ветру? Это же логично! Ветер будет дополнительно меня разгонять. Оглянулся. Позади камень площади, одинокий перст Общего дома, какие-то нагромождения валунов на той стороне… Нет. Куда я там полечу? Параллельно, где-то подспудно в душе поселился мелкий бесенок. «Чего ждешь? У тебя же все получается! Сейчас дотянешь, что спустится с небес твоя розовая наставница, и все. Никто не узнает, что ты смог бы сам!»
К черту сомнения! Наклонившись, я как заправский спринтер рванул вперед. Когти буксанули по гладкому камню на первом шаге, но потом отлично бросили вперед мое тщедушное тельце. Край пропасти бросился мне на встречу, я прикипел к нему взглядом. И когда черта, отделявшая родную поверхность площади от холодной бездны мелькнула почти подомной, я дополнительно толкнулся вперед, как с трамплина, и раскрыл крылья.
Хлопок за спиной, я почувствовал, как меня приподнимает… Я лечу! Да! Получилось!!!
Горизонт наклонился, перед глазами мелькнула красная системная надпись, что-то про выносливость, ниже ее в поле зрения замигал тревожно-красный пустой бар какой-то шкалы, но разбираться не было времени. Я ощутил, как крылья вывернуло назад, попытался вновь их расправить. Безрезультатно. А потом небо и окружающие горы мелькнули в хороводе, желудок подпрыгнул, в груди наоборот, ахнула пустота, как при прыжке с десятиметровой вышки.
Из круговерти пространства взгляд на миг выхватил белую пелену, покрывающую долину. Неужели я туда?! Но нет, откуда-то выскочил скальный выступ, прыгнул навстречу. За полмига до столкновения я успел заметить его бугристую поверхность, какие-то редкие травинки, трепещущие на ветру.
Удар.
Тьма.
 

dJulia

dJulia

Ну где там Белый кролик?
Команда форума
Регистрация
13 Сен 2018
Сообщения
688
Оценок
866
Баллы
406
Возраст
120
ну вот... угробил (((
и куда подевалась Веточка?

п.с. – Окей, – я наконец смог поднять взгляд и посмотрел ее в глаза
в ее глаза/ей в глаза
взгляд -- глаза .... а если просто "..я посмотрел ей в глаза" ?
 

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49
Начал выкладку на АТ: https://author.today/work/89765

Но и "местных" забывать не буду :wink:

Глава 3. Рус. Начинаю учиться
Опять перед глазами кляксы и искры. Интересно, почему так? У кого-то, я читал на форуме – радужный водоворот.
Мир вокруг прояснился. Опять я на камне возрождения. Кстати… Глянул под ноги. Выступающий из площади на ладонь, цилиндрический постамент, диаметром метра четыре. Гладкий, как будто отлили из бетона, никакого орнамента, никаких дополнительных изысков, которыми обычно украшались локации возрождения. Хотя почему «камне»? Знаю я пару мест, где лока возрождения – вытоптанный участок на травянистом поле, причем не круглый, а какой-то ромбический.
– Ну что, летун, с первым возрождением? – неподалеку стоял Сапсан, разглядывая меня с ироническим прищуром. – Как тебе местный реализьм? – именно, так и спросил: «реализьм» – Видел я, как ты навернулся, только остановить не успел.
– Твердый, – хмыкнул я и шагнул с постамента. Интересно, как это он умудрился? В воздухе я его точно не видел, – Не думай, я в ФанВирте не сегодня появился. Так то меня и полярный гризли когтями рвал…
– Да ты чё! – брови собеседника прыгнули вверх, он присвистнул, – ну извини, я то думал ты первый раз, можно сказать – фанвиртской девственности лишился, а ты оказывается тот еще фрукт. Слушай, а чего тебя тогда к нам занесло? Чтоб попасть под когти гризли, надо быть не менее пятидесятого уровня, уж я то знаю.
– Долгая история, – поморщился, давая понять, что сейчас на воспоминания не настроен.
– Так, а скажи мне, как так получилось, что ты самостоятельно с Ласточкиного обрыва сбросился? Я же тебе наставника выделил? И где эта пчела?
– Летает, – показал рукой вверх. – А почему «пчела»? Вроде расцветкой не похожа.
– Ну «Пчелка-Майя», мультик. Не смотрел что ли?
Я пожал плечами.
– Не парься, просто привязалось: «пчелка» да «пчелка». – Сапсан махнул рукой, –Так, сейчас я ее вызову, а ты пока скажи мне, как тебе освоение полета?
– Честно? Пока не понял. Вообще очень сложно освоить дополнительную пару конечностей, когда ты всю жизнь живешь только с ногами и руками.
– Это да. Как, по-моему, перемудрили наши разработчики со сложностью. А вот скажи, если бы не Рыжий, ты бы смог разобраться, что вообще делать с крыльями, как только появился?
Я призадумался. Интересно, а и правда? Если бы не этот шутник, решивший спровоцировать меня на самоубийственный прыжок, как бы я понял, что делать?
– Не знаю Сапсан, – немного растеряно протянул я и развел руками.
– Вот-вот… – начал было мой собеседник, но тут раздалось уже привычное хлопанье крыльев, и к нам приземлилась розовокрылка.
– Ну как, разместился, готов к занятиям? – сходу осыпала она меня вопросами.
– Да он не только готов, он уже попробовал жизнь самоубийством покончить. Всего разок, правда.
– Как так? – глаза девушки округлились.
– Спрыгнул твой подопечный, с обрыва. Вон, как раз на зубе дракона его посмертный силуэтик дотаивает. Хорошо, что был в одной хламиде. А где его наставник был тем временем, а?
– Саш, ну ты же сам сказал…
– Что? – перебил Майю Сапсан, – что я сказал? Что Радамант от нас требует выполнение нормы? Но ты же не в кабаке отираешься, как большинство бесполезных тел, ты же занята делом. Вернее, должна быть занята.
Майя отняла ладошку ото рта, которой прикрылась во время гневной тирады серебрянокрылого.
– Да Саш, ты прав. Извини. – Перевела взгляд на меня, – ну пойдем, птенчик ты мой. Буду тебя на крыло ставить.

Сапсан упорхнул, пожелав мне удачи.
– Двигай тогда к северному склону, – Майя приготовилась взлетать.
– Куда?
В ответ удостоился такого взгляда, будто на светском рауте спросил «как пользоваться туалетной бумагой?»
– Солнце видишь где?
– А при чем тут солнце?
– Так, э-э-э … Руслан. Ты точно до этого играл в ФанВирте?
– Руслав, – поправил я, – а при чем здесь это? И при чем, в конце концов солнце?
– Только не говори мне, что ты не в курсе, что существующие территории игры географически представляют собой участок северного полушария?
Я на минуту задумался.
– Черт! А ведь точно! Странно, почему-то никогда не обращал внимания, что солнце всегда на юге. Наверно, – пожал плечами, – потому что всегда есть карта, компас и ориентиры?
– Вот! Видишь! – девушка обрадовалась моей реплике, как учитель, уже и не ждавший правильного ответа от тупенького ученика, – даже ты замечаешь, как важна карта!
– Не понял. Икарам что, не дали карту? – тут же открыл интерфейс, перетасовал вкладки. – Да вот же! Смотрю на нее. И что?
– Ты что, тупой? – розовая начала проявлять нетерпение, – там что, указано направление твоего движения? Может быть карта у тебя развернута по направлению взгляда?
– Нет. А зачем? – искренне удивился я? – Вот, теперь вижу – Ласточкин обрыв внизу, то есть на юге. На севере от «Площади Дедала», на которой сейчас моя отметка, обозначена какая-то территория, называющаяся «Северный склон». О! Даже есть «Север ближний» и «Север дальний»! Прикольно, а что это?
– Узнаешь, в процессе, – буркнула наставница. – Давай, тебе как раз на «ближний». И запомни – в полете на компас не посмотришь!
– Почему?
Но девушка уже взлетела, снова в направлении обрыва. Кажется, она предпочитает, чтоб последнее слово оставалось за ней. Да мне то что? Ты главное летать научи.

«Север ближний» на карте был обозначен как раз за Общим домом, а значит мне нужно пересечь всю площадь по диагонали. Идти пешком в месте, где все летают? Да бросьте… Вот только летать-то я как раз и не умею. Но крылья то есть? А что если?
Я повернулся спиной к ветру и немного развел крылья. Тот час меня начало толкать в спину.
Да, но таким образом меня толкает по ветру, а мне нужно немного в бок. Кажется, у яхтсменов это называется «идти в бакштаг»? Не уверен, что термин правильный, мне нужно под углом к ветру. Так-с, правое крыло выставить побольше, левое чуть поджать… Меня начало разворачивать. Прыжок.
Я прыгнул по диагонали к ветру, в направлении «Ближнего Севера». В момент отрыва от земли ветер дополнительно подтолкнул в спину, но видимо крылья были слишком не симметричны, меня развернуло боком так, что приземлившись пришлось пробежаться боком, чтоб не упасть.
Ага! Чуть больше подравнял крылья, прыжок! На этот раз меня развернуло поменьше, но все равно, при приземлении пришлось скручиваться всем телом. А еще меня все равно толкало чуть правее, чем мне нужно. Тогда попробую так…
Следующий прыжок сделал в направлении башни, а ветер как раз подправил мой курс. Чтоб предотвратить разворот, прыгал заранее подкручивая корпус вправо. Бинго! Получилось!
А что это я изображаю лягушку? И я побежал, прыгая с одной ноги на другую, и ветер удлинял мои шаги. Ка-а-айф!!! Да я просто чемпион в тройном прыжке!

Довольно споро допрыгал до нужного мне края площади позади Общего дома. Вот и груды в три-пять огромных, в половину моего роста валунов, сваленных неким «пунктиром» по границе площади. Еще прыжок-другой…
– Ты что, идиот?!
Когда же привыкну, что тут орут буквально над головой? Я даже присел от неожиданности. В ту же секунду надомной просвистели крылья, а воздушный поток шевельнул волосы. Секунда, и Майка выполнив эффектный разворот приземлилась на верх ближайшей кучи.
– Какого лешего ты делаешь? – кажется девушка не на шутку злилась.
Я остановился в паре шагов от камней, – А что такого? И может спустишься? Не люблю разговаривать с задранной головой.
Она спрыгнула.
– Кто надоумил тебя к несимметричному разведению крыльев? Только не говори, что сам, не разочаровывай меня.
– Вообще-то сам, – я тоже начинал заводиться. В моей жизни были разные тренера и наставники, некоторые из них не стеснялись в выражениях. Но тех я всемерно уважал, и был готов простить всякое. – Использовал принцип парусной лавировки, знакомое понятие? Это из яхтинга.
– Ах ты у нас еще и яхтсмен? – уязвить девчонку не получилось.
– Нет, – честно сознался я, – но меня частенько брали покататься. Так что, в курсе. Мне кажется, – добавил примирительно, – что если ты спокойно все объяснишь, будет более конструктивно.
Майя вздохнула, с видом «за что мне все это?», – Ладно, слушай. Всегда, слышишь? Всегда держи крылья симметрично. Иначе кувыркнёшься на взлете. Понял?
– Почему?
– Неважно. Пока не забивай голову. Просто запомни – крылья, при любых раскладах – симметрично.
Я кивнул, хотя до конца и не понял «почему». Ладно, раз наставник говорит «делай так».
– Пошли, – «пчелка» приглашающе махнула рукой, и двинулась за камни.
Когда я обошел валуны, взгляду открылось зеленое поле, наклонно сбегавшее почти от самых камней вниз, где заканчивалось небольшой ровной площадкой, упиравшейся в очередную гору. Почему-то на ум пришло сравнение с «детским» склончиком для обучения горным лыжам.
– Еще это место называют «Лягушатник». Потому что здесь проходит первоначальное обучение. Перепад высот между стартом, где мы стоим и низом – пятьдесят метров. Уклон достаточно пологий. – Как заправский экскурсовод проговорила Майка, – но сейчас мы начнем с махов. Залезай! – Рука вытянулась в направлении камня у края склона. Валун был мне как раз по грудь.
– Зачем? – не понимая переспросил я.
– Чтоб махи отрабатывать!
– А зачем на камень? Почему на земле нельзя? Я же уже научился, смотри!
Я развел крылья. Спохватился, что стою спиной к ветру, и сейчас меня швырнет вперед, под откос, резко свел их обратно.
Видимо девушка правильно поняла мои сомнения, – Не переживай, в «Лягушатнике» штиль. Специально, чтоб ветер не мешал обучению.
– А-а-а… – понимающе кивнул. – Смотри.
Несколько раз взмахнул крыльями. Созданным ими потоком, меня толкнуло вперед, так, что пришлось сделать пару шагов, и выставив ногу упереться.
Ответной реакцией был тяжкий вздох.
– Ладно, видимо придется показывать, коли так не понимаешь.
Она легко вспорхнула на камень.
– Смотри, ты машешь крыльями, держа корпус прямо. Это раз. – Продемонстрировала указательный палец. Так, ты по идее должен полететь в верх. Но поверь, еще никому не удавалось. И тебе не удастся. Лететь надо вперед. А для этого? – вопросительно посмотрела на меня?
– Наверно, наклониться? – я пожал плечами
– Ну вот, можешь иногда мозгами пошевелить. – И она наклонила корпус вперед, разведя крылья параллельно земле и довольно таки соблазнительно изогнувшись.
Я помотал головой, отгоняя непрошенные мысли. Я же здесь не за этим…
– Вот твое полетное положение, ноги потом в полете сам назад откинешь. Далее, – она не торопясь сделала мах крыльями. Амплитуда маха при этом была совсем малюсенькой, может полметра вниз от прямого положения крыльев, и столько же вверх. – Это так, как сейчас машешь ты. Это два. – Средний палец присоединился к указательному, в знаке «V». Вот черт! – А вот как надо!
Она сделала медленный взмах с большой амплитудой. Именно так махали крыльями все виденные мной икары, в том числе и Феникс. В том числе и она сама.
В верхней точке маха крылья почти сходились, в нижней – доставали земли.
Действительно, в размахе крыло было длиннее, чем рост икара. Просто за счет сгиба, складывалось вполне компактно, и не мешало ходить. При полном махе, если икар стоит на земле, крылья неизбежно зацепят грунт. Так вот зачем она подпрыгивала, когда взлетала!
– Все, все, понял, убедила, – я примирительно поднял руки, – слезай.
Девушка изящно спрыгнула, выжидательно уставилась на меня. Я подошел к камню. Запрыгнуть можно и не пытаться, прыжок в высоту я даже еще не начинал тренировать, после второго рождения. Как залезть? Оперся обеими руками, так…
– Не советую, – оглянулся. Майя помотала головой. – разве тебя не предупредили? Мы – хрупкие и слабые.
– Это еще зачем? – я опешил. – И насколько?
– Ты что, не читал описание расы? Как же ты попал в тест?
– Слушай, это – долгая история, – я попытался съехать с темы, – вот так вот получилось, не читал. Почитаю. Обязательно. А сейчас просто, расскажи.
– Почитаешь, – Майя дала понять, что разговор на эту тему окончен. – там сзади, ступенька. Залезай.
Обошел камень. Действительно, с той стороны к валуну были прислонены еще пара камней, поменьше, образовывая вполне удобные ступеньки. По ним поднялся наверх.
Угнездился наверху, согнулся, крылья в стороны. Кинул взгляд на наставницу, «так»? Удостоился сдержанного кивка.
Так, мышцы спины сжать. Крылья пошли вниз. Теперь в противоположную сторону.
– Стоп.
Взгляд метнулся к Майке.
– Я же показала! И чего в этом было не понятно?
– Да что не так то?
– Ты придуриваешься? Специально делаешь неправильно? – пару секунд она пристально меня разглядывала, потом пояснила. – Ты опять машешь чуть-чуть.
– Черт! Да я же стараюсь!
Видимо искренности в моих словах оказалось достаточно, чтоб девушка смягчилась.
– Погоди. Давай медленно. Крылья вни-из…
Я потихоньку опустил крылья. В нижней точке мышцы спины начало сводить от напряжения.
– Ну же! Дорабатывай.
– Что?
– Ты опускаешь крыло прямым. Оно же гнется. Подключай крыльевые мышцы.
Что? У меня есть еще какие-то мускулы?! Чуть приподняв крылья, чтоб дать отдохнуть мышцам спины, я опять мысленным взглядом побежал по своим новым конечностям.
Ага! Точно! Вот же! Я почувствовал что-то, как будто бицепсы в новых руках. А что если подключить их?
– Во-от молодец!
Это походило на то, как будто до этого я пытался махать прямыми руками, а теперь они стали гнуться в локтях. Ну ка!
Взмах.
– Уже лучше. Хорошо.
Взмах.
– Сильнее вниз, сильнее вверх.
Да я пытаюсь!
– Еще сильнее!
Взмах. Взмах. Взмах.
– Сейчас. Маши только помедленнее.
Я взмахнул, и почувствовал, что мое правое крыло кто-то схватил, потянул к низу.
Взглянул. Майка ухватив крыло за самый кончик, обеими руками тянула вниз. Постарался не сопротивляться.
– Вот так. Запоминай! И тянись, тянись всем корпусом.
Я попробовал. Сделал несколько очень глубоких взмахов. И услышал рядом смех.
– Извини, – Майка утирала слезы. – Ты так забавно приседаешь и приподнимаешься на носочки…
Да? Попробовал еще раз. Действительно, от усердия я в момент взмаха крыльями вверх тянулся к небу всем телом, даже чуть выпрямляя корпус. А в момент взмаха вниз, наверно стараясь все же достать кончиками крыльев землю, чуть приседал.
– Не делай так, тянись одними крыльями, – она открыто улыбнулась, – а вообще, у тебя отлично получается.
Взмахнув еще несколько раз, я получил команду остановиться.
– Хорошо, маховая амплитуда у тебя более-менее, но так ты не полетишь. Для полета взмах должен быть энергичным.
– Погоди, дай отдышусь, – у меня по лицу катились крупные градины пота, попадая в глаза. Дело оказалось не менее трудозатратным, чем поработать «бой с тенью» тренировочным двуручником.
– А что ты хотел? Полет дело утомительное. Тренируй выносливость. – Майка прошлась взад-вперед, – хорошо, мы занимаемся скоро час, давай, сделаешь достаточно энергичный взмах для старта, и пойдем перекусим.
Ни чего себе! Я и не заметил, как пролетело время.
– Смотри, – продолжала наставления моя наставница, – крыло так устроено, что взмахнуть неправильно, у тебя не получится. Такова биомеханика, крыло как бы загребает воздух. Хоть это разрабы сделали нормально. Вот помню, когда я в реале в бассейне занималась, инструктор весь мозг проел: «то не так кисть поворачиваешь, то не под тем углом в локте сгибаешь, то сам локоть не выносишь…», бр-р-р, – она передернула плечами. – Так что если сделаешь хороший, амплитудный взмах, и сделаешь его энергично, ты обязательно полетишь.
«Обязательно полететь» уже очень хотелось, я как следует взмахнул крыльями…
Мое тело швырнуло вперед, земля подомной как будто сдвинулась, ноги потеряли опору. Потом серый камень поверхности бросился мне на встречу, группировка, перекат. Переводя дух я поднялся на ноги. Сердце молотило в груди отбойным молотком. Обернулся. Мой «постамент» оказался метрах в двух с половиной, трех от меня. Рядом стояла улыбающаяся Майка.
– Ну что, новичок? С первым полетом тебя!
Еще раз оценил расстояние.
– Так вроде бы не первый… – протянул, памятуя свой «сброс» с обрыва.
– Да разве то полет? – девушка отмахнулась, – прыгнул и закувыркался комком перьев.
Хм… а разве ты видела? Ладно, замнем для ясности.
– А это? Полет?
– Ты вполне осознанно полетел, но потом зачем-то сжался, и решил поиграть в акробата. А если бы расправил крылья, то смог спланировать, и сел вон там, – она ткнула пальцев куда-то мне за спину. – Но первый шажок сделан, поздравляю.
Шагнув ко мне, она подняла руку, ладонью вверх. Шаг на встречу, и хлопнул ее ладонью в ладонь.
– Пойдем, Рус, тебе надо восстановиться, да и поесть пора. Ты же уже в курсе, что мы – проглоты
 

dJulia

dJulia

Ну где там Белый кролик?
Команда форума
Регистрация
13 Сен 2018
Сообщения
688
Оценок
866
Баллы
406
Возраст
120
ну с.... и де прода? :no_sleep:
 

dJulia

dJulia

Ну где там Белый кролик?
Команда форума
Регистрация
13 Сен 2018
Сообщения
688
Оценок
866
Баллы
406
Возраст
120
Кстати, да. Где 4-я глава?
так вот же!
Глава 4 Рус. Как у вас тут все запутанно!

— Что ты имеешь в виду?

– А ты вообще со шкалами-то знаком? — Майя посмотрела на меня с каким-то
сомнением, — в частности, с «голодом».

— Знаком, — я пожал плечами, — хотя вообще-то она – «шкала насыщения».

Майка что-то хотела вставить, наверно сослаться что это игровой сленг,
но я не дал:

— Обычная шкала, не самая, кстати важная. Завязана на здоровье, при
снижении более чем на две трети, тянет общее здоровье за собой. При
обнулении шкалы насыщения здоровья остается половина, а потом и вовсе –
быстренько заканчивается. То есть умереть от голода вполне можно, но как
правило, для этого надо сильно постараться. Помню, — усмехнулся, — во
время интенсивных тренировок почти в полтора раза быстрее «голодал». Что
еще сказать? Заполняется во время еды, в зависимости от калорийности,
скорость обнуления завязана на нагрузку.

Девушка бросила на меня какой-то странный взгляд.

— Интересно, что ты скажешь, когда узнаешь, что у икаров, даже в
состоянии покоя голод, по сравнению с людьми, наступает как раз в
полтора раза быстрее? А в полете, так вообще – в три раза.

— Ни фига себе! — я присвистнул, — это еще зачем?

-- Ты не представляешь, сколько раз мы задавали этот самый вопрос
разработчикам! И про голод, и про силу. И про магию... – она на миг
умолкла, погрустнела. Вздохнула, – а я, между прочим, до того, как
прийти в тест, мага качала. Конечно, не до твоих высот, но все же...
Прихожу в тест, и что? Думала, сейчас я всем покажу, огненного демона с
небес... Ага, показала, семьдесят пять процентов штрафа! Нет, магию мы
вам оставим, качайте себе на здоровье. Только смысл?

Майка вздохнула и мельком взглянула на меня. Взгляд был мимолетный, но я
успел заметить выражение, чем-то напомнившее Джека, моего щенка из
«прошлой жизни», если у него отнимали любимую игрушку.

– Ладно, новичок, сезон воспоминаний закрыт, пойдем, познакомлю тебя с
нашей харчевней.

Я пристроился рядом.

– А почему «харчевня»?

– Да хоть «столовой» называй, какая разница? Погоди, сейчас сам все
увидишь...


Вход в таверну, а я по старой памяти называл подобные заведения
тавернами, оказался как раз между сходящихся лестниц со второго этажа
Общего дома. Прошли двустворчатые двери, открывающиеся в обе стороны, я
остановился на пороге, обводя внутреннее убранство.

В плане зал ожидаемо круглый. В центре – кольцевая стойка бармена, за
которой здоровенный детина в белом переднике механически протирал
стаканы. Часть зала, с противоположной от входа стороны отгорожена,
наверно под кухню и хозяйственные помещения. Сделано это в виде сектора
в четверть круга, буквально «кусок пирога» отхватили. Как раз на
«хвостике» этого «куска» и разместилась стойка.

В зале самые обычные столики на четверых и шестерых. Где-то лавки,
где-то табуретки. Стульев со спинками не заметил.

А еще, внутри оказалось весьма оживленно. В правой от меня трети зала
находилось около десятка человек. Пятеро, три парня и две девушки,
сдвинув пару больших столиков, что-то весьма шумно обсуждали, помогая
себе жестикуляцией, и временами пытаясь перебить друг друга. Еще за
одним столом три парня тоже общались, но менее динамично. Еще пара ребят
сидела по одному за отдельными столиками: ближний ко мне что-то читал,
второй откинувшись на стуле прислушивался к громким соседям,
пренебрежительно усмехаясь.

Я сначала решил было, что это уже виденные мной икары, устроили перерыв.
Но спустя секунду понял, что не вижу ни одного знакомого лица. Майка
обернулась:

– Ты идешь? – и перехватив мой взгляд пояснила, – а, эти. Не обращай
внимания, это не икары, это «тела» с крыльями.

Прошествовал за девушкой. Она направилась в левую часть зала, и подошла
к стенке отгороженного сектора. Там обнаружились два прозаических окна
на уровне пояса, как в рядовой столовке. Майка взяла из одного поднос с
тарелками.

На всякий случай, решил ни чему не удивляться. Подошел к освободившемуся
окну. Там чьи-то руки поставили на стол с той стороны очередной поднос.
Взяв, присоединился к наставнице, устроившейся за маленьким столиком у окна.

– Как тебе? – Майя посмотрела выжидательно.

– У нас тут что, комплексные обеды?

Девушка прыснула, прикрыв рот ладошкой.

– Прости, но видел бы ты себя со стороны. У тебя такое обалдевшее лицо...

– Может объяснишь? – я кивнул на стоявший передо мной поднос.

– Добро пожаловать в Альфа-тест, – усмехнулась собеседница. – Финансовый
модуль еще не настраивали, да и прикрутили его совсем недавно.

Видимо ясности на моем лице не прибавилось, ей пришлось пояснять:

– Вопрос на миллион, новичок, где берут игровую валюту?

– Монстры, задания местных, – я пожал плечами, – донат, в конце концов.

– «Местных» здесь, всего трое: бармен, вон он, за стойкой скучает.
Повариха-подавальщица, ты у нее поднос получил, и еще бывает официантка.
Все примитивные, до ужаса, набор стандартных фраз и действий. «Вот ваше
пиво, господин», – писклявым голосом передразнила она кого-то. Наверно
официантку. – Какие задания ты у них получишь? Помыть посуду? Отнести
письмо? Куда? Это закрытая лока. Только если из кухни, – она развела
руками, потрясла головой, – не знаю... Вот сюда вот, в зал? Бред, –
ответила сама себе. – Монстров здесь нет никаких. Вообще. Даже птиц.
Почему, не спрашивай. Все вопросы, к разрабам. Хотя что стоило, хотя бы
для оживления пейзажа добавить каких-нибудь орлов, или тех же ласточек?
– девушка скривилась. – Короче, чтоб тестеры не сдохли от голода,
который им же и разогнали до небес, разрабы пришли к Соломонову решению,
– очередная кривая усмешка, – нам дают, как ты правильно выразился,
«комплексный обед». За так. Голодный? Жри что дают и не вякай.

Я обозрел свой поднос. Глубокая миска густой похлебки, миска каши с
мясным гуляшом, большой стакан какого-то питья, булочка. Пахнет вкусно,
да я и сам теперь чувствовал, что голоден, и готов съесть что угодно.

– А бармен тогда зачем? – спросил я, принимаясь за еду.

– Сообразительный, – она усмехнулась. – Сам же говорил про донат. Тебе
же никто не запрещает купить игровую валюту за реал. А если у тебя есть
деньги, то админы с удовольствием помогут их потратить. Для того и
бармен. Желаешь шикануть?

– Вообще-то у меня есть немного, оставили после перерождения.

– Рус, ты вроде нормальный парень: простой и откровенный. А еще, знаешь,
что мне в тебе нравится?

– Что не пристаю?

Она расхохоталась.

– Нет... – девушка утерла выступившие слезы, – Впрочем за это, тоже
спасибо. Мне нравится, что ты не боишься показать, что чего-то не знаешь
или не умеешь. Насмотрелась я, на «ветеранов» ФанВирта. Короче, дам тебе
совет. Не траться на стейки и паштеты из церозной гусиной печенки, скоро
тебе будет все равно, что есть, лишь бы в топку закинуть. Если, конечно,
– она опять криво усмехнулась, – не решишь к «телам» податься. Лучше
потраться на нормальную одежду. Видел в чем ребята летают?

Я кивнул.

– Подбери себе что-нибудь, в этом – показала подбородком на хитон, –
летать не надо.

– Почему?

– Флатерит сильно. Ну, то есть треплется на ветру. Ухудшает
аэродинамику, да и порвется скоро...

– Я видел, вроде Вит так летает...

– Ой, я тебя умоляю, нашел с кого пример брать. – Майка отмахнулась. –
Короче, заказывай, получишь у бармена, он у нас еще и за торговца. Да
погоди ты, ходить не обязательно. Открывай карту. Теперь проваливайся в
Общий дом. Видишь каталог?

Я подтвердил. Действительно, открылся список с парой вкладок: «еда» и
«одежда». Выбрав вторую полистал, потом остановился на темно-серой
безрукавной футболке и черных бриджах. Добавил пару портновских наборов,
судя по всему, чинить мне свой гардероб придется много.

Подумав немного, открыл вкладку «еда». Ну что ж, кто имел деньги, мог
себе позволить по-сибаритствовать: набор блюд впечатлял, и явно превышал
возможности тех таверн, которые мне попадались ранее. Впрочем, я не
гурман, да и брать реальные деньги мне неоткуда. Если только у родни?
Сестра, я уверен, для меня не пожалеет. «Нет», мысленно покачал головой,
я и так им обязан.

– Ты вино пьешь? – поднял глаза на Майку

– Рус, ну вот зачем? – с разочарованием потянула та. – Так же хорошо
общались...

– Ты чего? – не понял я сначала, но тут же осенило, – А-а-а! Ты думаешь
я решил тебя подпоить?

Очередь смеяться пришла мне.

– Успокойся, ты конечно очень красивая, но я не хочу попадать в класс
«членистоногих»

Девушка прыснула. Я продолжил:

– Просто хотел отметить, так сказать начало новой жизни, и заодно
угостить своего наставника.

– Ладно. Раз так, то я люблю «Мерло». Лучше итальянское.

– Окей, – я хотел подняться чтоб дойти до бармена, но девушка меня
остановила.

– Погоди.

И щелкнув пальцами, крикнула:

– Эй, любезный.

Вообще, в трактире было шумно, но к моему удивлению тот услышал,
остановил свою бесконечную процедуру (интересно, он до дыр стаканы не
протирает?), без выражения уставился на нас.

– Любезный, принесите нам бутылочку «Мерло» и пару бокалов.

Прозвучало довольно громко. На нас начали оглядываться.

А я незаметно перелистал меню. Вот черт! Это почти все, что у меня
оставалось.

К нам подошла официантка, выставила на стол бутылку темного стекла,
бокалы, уставилась выжидательно.

– Я оплачу.

У меня тренькнуло. Списание средств. Ну вот, я почти что нищий. Стараясь
не подавать виду, откупорил, разлил по бокалам.

– Твое здоровье, – бокалы звякнули. Мой взгляд ухватил содержание
алкоголя, – слушай, а не крепковато будет? Сейчас же только обед, и нам
еще заниматься...

– Не переживай, – девушка отмахнулась, пригубляя вино, – у нас
метаболизм – мечта алкоша. Все сгорает моментально, побочный эффект от
быстрого голода.

Вино на самом деле оказалось замечательным. Ладно, хоть не зря спустил
деньги. Сам бы я кувшинчик, ценой раз в пять дешевле.

– И все же я попробую воспользоваться ситуаций, – я улыбнулся, глядя
наставнице в глаза. – Можешь, в виде ответного хода немного меня
просветить в механике икаров? Честно, так в лом листать руководство...

– Ах ты меркантильный! – она кокетничая повела плечиками, – а как пел!
«Я просто так, ты не подумай!». Все вы одинаковые! – но потом сменила
тон на более дружелюбный, – Ладно, слушай.

Чем дольше я слушал, тем больше удивлялся. Ну зачем было так уродовать
персонаж? Икаров «наградили» штрафами на силу, магию, общее здоровье.
Раньше, глядя на Феникса, я думал, что это у него такой странный выбор:
невысокий, худенький паренек. Но нет! Оказывается, это все икары
поголовно: ниже среднего роста, щуплые. И очень-очень хрупкие!

Да как же так! Медленно, у меня на душе закипала буря. Это на что же я
согласился! И как, позвольте, мне теперь жить таким доходягой! Да был бы
я в реале такой, может тогда было не так обидно!

– Не пытайся, не раздавишь, – насмешливый возглас вырвал меня из раздумий.

Взглянул на девушку, проследил ее взгляд. Мои пальцы, удерживающие бокал
не за ножку, а по привычке за стенки, побелели от напряжения. Да уж! А в
реале я бы уже сидел с пригоршней битого стекла в изрезанных ладонях.

– Что, вижу допекло? – Майка разглядывала меня с интересом, вертя свой
бокал в пальцах. – Хочешь, добью?

– Ну давай уже, – я хмыкнул. – Что еще может быть хуже?

– Думаешь, ты сегодня полетишь? Или завтра?

Я вздохнул:

– Судя по твоей реплике, этого может не случиться?

– Легко. – Она поставила бокал, наклонилась, оперившись локтями на стол,
посмотрела серьезно, – икаров превратили непонятно во что, ты сам это
уже видишь. Мало того, безумно усложнили сам полет. Это уже не игра, это
... – она замялась на секунду, подыскивая слово, – симулятор птицы какой-то!

Потом показала глазами на другую половину зала:

– Посмотри на них.

– А что не так? – я удивился, – Люди... в смысле, икары как икары. Я
таких игроков видел сотнями: тусят в тавернах, языки чешут. Эти с крыльями.

– Только мы здесь не игроки, – невесело усмехнулась девушка, – здесь
все, тестировщики. Альфа-тест. Можно сказать, элита. Каждый прошел кучу
препонов чтоб сюда попасть: отбор, собеседования... И что?

– Что?

– В небе ты их, почти не увидишь. С утра, ну может еще вечерком,
полетают по пол часика, и сюда. А знаешь почему?

– Потому что летать сложно?

– В точку!

– Знаешь, мечом махать, тоже надо учиться. Поверь, уж я то знаю. И никто
в первый же день не пойдет в рейд, и не ввяжется в какой-нибудь П-в-П
турнир. ... Это же ФанВирт! Это их концепция: быть реальней реальности.

Похоже, собеседницу я не убедил, она начала что-то говорить, но тут нас
прервали.

– Вот ты где, Маюсик. А я весь южак облетал, думаю, куда это моя
красотка запропастилась?

За наш столик плюхнулся Пьеро. Я уже видел, как садятся икары: сложив
крылья за спиной подкладывают их под себя. Игровое допущение, на которое
пришлось пойти, чтоб персонажу, с такими здоровенными штуковинами на
спине не пришлось все время стоять. Это еще Феникс объяснил. Но Пьеро,
наверно не был бы сам собой, если садясь, не распластал бы свои по полу.

– А так удобно? – подал голос я, показывая пальцем на его крылья,
которые фактически перегородили подход к нашему столику. Ответа я не
удостоился, так как данный персонаж сел в пол-оборота к девушке.

– Ты же помнишь, что я учу Руса? – в голосе Майи сквозила усталость.

– Руса? А кто это?

На секунду я потерялся, давненько с подобным хамством не сталкивался,
наверно с младших классов. Охреначить что ли его бутылкой? Черт, там еще
две трети, да и не правильно это как-то, бить сидящего спиной к тебе
человека.

– Вообще-то он сидит с тобой за одним столом.

После Майкиной реплики Витус развернулся ко мне.

– О! Привет! Извини, не заметил.

И опять отвернулся.

В «пацанских» книгах или фильмах, герой по идее должен был бы уже начать
метелить хамоватого антагониста. Вот только я – «новорожденный», все
характеристики на минимуме. Да и потом, на вопрос «кто начал драку» все
дружно покажут на меня. И даже «плохиш» прикинется валенком: «сижу,
никого не трогаю, а тут этот как набросится!».

И тут это «плохиш», достает откуда-то, я не видел откуда, стакан. И
набулькивает в него, хозяйской рукой моего вина!

– Дружище, я не помню, чтоб тебя угощал.

Не знаю, чтобы я делал, если бы Пьеро не повернулся. А мог ведь легко
проигнорировать, или отшутиться.

– Что?

Парень видать решил, что смотрит на меня «как на муху», или другую
мелкую помеху.

– Я не угощал тебя вином, – добавил холодка в голос я, – и я не
приглашал тебя за столик. Не видишь, мы тут разговариваем, и тебя не звали.

Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядами.

– Тебе чего, вина жалко?

Все, я мысленно выдохнул, слился оппонент.

– Вопрос не в том, жалко мне вина или нет. Вопрос в том, что тебя не
звали и не угощали. Все. – Я подержал паузу, давая Пьеро вставить
реплику, но не большую. – До свидания.

И обратился к девушке:

– Майя, на чем мы остановились?

– Захлебнись своим пойлом, жлоб. – Парень оттолкнул от себя стакан,
расплескав половину, вскочил и ушагал на улицу.

Ну-ка, попробуем...

– Любезный, – Я поймал взгляд бармена, – приберитесь здесь, пожалуйста.

Почти мгновенно появилась официантка. «Хорошенькая», отметил про себя.

– И унесите пожалуйста ЭТО, – показал на стакан.

– Хорошо, господин.

Мда. Конечно после НПС-персонажей в «большом мире» эта у меня вызвала
ассоциацию, как будто запустил древнюю консоль со слабеньким
процессором. Официантка мазнула по столу тряпкой и утащила стакан.

Раздались какие-то звуки. Поднял глаза, Майка изображала аплодисменты.

– Спасибо, Рус. Ты не представляешь, как он меня достал. Вообразил себе,
что неотразим и таскается за мной. А сам – унылое ничтожество.

– Не вопрос, – я пожал плечами, – не мог же я допустить, чтоб моему
наставнику портили настроение. – Подмигнул, – Тебе еще меня учить.

Мы рассмеялись.

– Вит как ошпаренный выскочил, рожа красная, бормочет что-то под нос...
Ты опять его отшила?

Рядом стоял Сапсан, переводя взгляд с меня на девушку и обратно.

Ответили одновременно.

– Ну его нафиг, задрал. Но на этот раз не я, а он – Майка показала на меня.

– Присаживайся. Вино будешь? – я показал на бутылку.

– Спасибо, не откажусь, – Сапсан придвинул табуретку, – ух, ты! По
какому случаю шикуешь? И кстати, ты конечно красавчик, но смотри – Вит
злопамятный.

– Переживу. А это, – наливая вино в принесенный все той же официанткой
бокал, – так сказать, отмечаю перерождение.

– Понятно. Как занятия? – Сапсан сменил тему, – ты пойми, я в тесте с
самого начала. Когда начинал летать я, все было по-другому. Ты не
представляешь, через какие фантазии разработчиков нам пришлось пройти. И
мне интересно твое мнение – как сейчас? Тем более, тебе есть с чем
сравнить, ты же качал воина.

Я хотел было откинуться, но вспомнил, что сзади нет спинки. Получилось
какое-то покачивание взад-вперед.

– Если честно, пока не понял. Сложно конечно, да и моторика необычная.
Но все же, это полет! Даже в реале удел избранных.

Парень немного скривился.

– Избранных... – повторил за мной, вздохнул, – смотри, Русик. Мы делаем
игру. Понимаешь? Игру! А зачем люди входят в игру? Ну? Правильно – они
приходят отдохнуть, расслабиться. И вот представь, загружается в игру
какой-нибудь менеджер среднего звена. Денег при этом он отвалил, не
мало, ты же уже в курсе, про аккаунт?

– А чего не так с аккаунтом? – не понял я.

– Ну ты же знаешь, что икары «идут» только на «платине»? Тебе подогнали
платиновый акк для участия в тесте, или у тебя свой?

– Свой, – пожал плечами.

Сапсан приотставив голову изобразил удивление, показал большой палец и
уважительно покачал головой.

– Уважуха братан!

Потом хлопнул меня по плечу и рассмеялся, – Хотя у меня тоже свой.

Я, краем глаза зафиксировал мимолетный странный взгляд Майки. Как будто
она увидела меня первый раз и присматривалась оценивая. Впрочем, всего
мгновенье. После чего опять уставилась на серебряннокрылого влюбленными
глазами. С ней все понятно.

– Тогда ты представляешь, сколько это стоит, – продолжил мой собеседник.
– И вот заходит наш менеджер в игру, видит – новая раса, крылатая! Ну
кто откажется попробовать себя в полете?! – парень даже развел руками. –
Но выбрав икара, наш игрок узнает, что и тут ему надо пахать и учиться!
Представляешь? Пахать и учиться!

– А что тут такого? – осторожно поинтересовался я

– Да пойми ты! Этот менеджер, уже пятнадцать или шестнадцать лет учился.
Может он периодически какие-то курсы повышения квалификации проходит. То
есть от учебы его уже тошнит! А пашет он, на работе. Чтоб, кстати,
платиновый аккаунт оплачивать.

Сапсан распаляясь повысил голос так, что из другой половины прилетело:

– Саныч, кончай агитацию.

Парень только отмахнулся. Но тем не менее, успокоился.

– Рус, вот ответь. Ты когда в прошлый раз в игре появился, быстро с
мечом освоился. Или какое оружие предпочитал?

– Знаешь, – я покачал головой, – не совсем корректное сравнение. Я в
реале историческим фехтованием занимался, так что с какой стороны за меч
браться знаю.

– Ладно, – парень со вздохом поднялся, – хорошо. Мне надо твою
наставницу на пять минут украсть, не возражаешь? А ты просто посмотри,
сравни, прикинь. Подумай вот о чем: это – игра, то есть коммерческий
проект. И если освоение расы окажется слишком сложным, если люди
попробовав, будут отказываться от игры за икаров, то все это, – он обвел
рукой вокруг себя, – окажется напрасным. А наш проект просто сольют в
унитаз, как неоправдавшийся. Ты бы хотел этого?

– Наверно не хотел бы, – сказал я, и если честно, покривил душой.
«Кстати, неплохой был бы вариант», мелькнула мысль. «И вроде Феса не
подставил, и опять воином стану». Но делиться своими соображениями я не
стал.

*

:smu:sche_nie: с того же АТ честно спи... свистнуто ))
 
Последнее редактирование:

Enot17 (Игорь)

Enot17 (Игорь)

летающий енот
Регистрация
19 Сен 2014
Сообщения
598
Оценок
859
Баллы
696
Возраст
49
Ну-с, продолженице.
Сразу пару глав кину.
Глава 5 Рус. Печеньки-Веточки
Чтоб не тратить время, решил переодеться. Заказанные вещи получил у трактирщика: подошел, назвался и тот выдал из-под прилавка стопку. Хм, как будто в офисе транспортной компании побывал. Впрочем, на упаковке сэкономили.
С Майкой и Сапсаном столкнулся буквально в дверях: стояли бы ближе, Сапсан, что-то поясняющий моей наставнице получил бы дверью по затылку.
– … четыре, или пять дней.
Увидев меня, парень замолк на полуслове. Понятно, я не вовремя. Что ж вы прям на проходе тогда встали?
– Майя, мы когда продолжим?
– Рус, у тебя сейчас самостоятельная подготовка. Ты же не ждешь, что я буду нянькаться с тобой все время? У меня, между прочим, и свои задачи есть.
Уж послала, так послала. Не подавая вида, стал подниматься по лесенке на второй этаж.
– Погоди, – в голосе девушки обозначились виноватые нотки, наверно и сама почувствовала, что перегнула палку. – У тебя сейчас какие планы?
– Да вот, – приподнял руку, с зажатыми в ней обновками, – хотел переодеться, и продолжать. Чем скорее полечу, тем лучше.
– Хорошо, давай так: ты сейчас двигай на Ближний Север, отрабатываешь махи. А я через часик к тебе присоединюсь.
– Да, кстати, Рус. Майка не сказала тебе, что выносливость, наша все?
Я неопределённо хмыкнул.
– Вот и займись параллельно. – Сапсан поднял указательный палец, – давай воин, тебе ли не знать, как это делается?
– Так это я был, воином…
– Воинов бывших не бывает!
Прозвучало донельзя пафосно. Я опять хмыкнул, типа «Ага», и затопал по ступенькам. Про выносливость и сам додумался, еще когда усиленно изображал ветряную мельницу, стоя на камне. На махах шкала выносливости сжиралась очень быстро. У меня – почти мгновенно.

Когда вернулся на место занятий, и уже полез на каменный пьедестал, вспомнил, как элегантно на него запрыгивала наставница.
Точно, что при такой анатомии, когда из-за длинны, крыльями стоя на земле не взмахнешь, нужно тренировать высокий прыжок. Не подкорректировать ли мне программу?
Подпрыгнув несколько раз на месте, прикинул высоту. Пока получалось не очень. Ну это дело наживное. Тем более в игре.
Вообще-то, все эти игры с полным погружением серьезное испытание для психики. Одно дело, когда у тебя персонаж на экране не может сделать что-то элементарное. Понятно – это он слабый, а не ты. Другое дело, здесь. Когда ты сам: свой аватар, а это: твои руки и ноги (еще и крылья, вообще офигеть!). Причем ты то прекрасно помнишь, что, к примеру, запрыгнуть на ящик, высотой до пояса, вообще не проблема. В реале. А потом пробуешь в игре … Мдя…
Мне пока понадобился постамент, недостающий и до колена. Ладно, я этот путь уже проходил, все что нужно, запастись терпением, и в лучших традициях дятла долбить и долбить.
Уж не знаю, для каких целей в тестовой локации навалили стопками столько валунов, но для моей цели они подходили как нельзя лучше. Выбрал подходящий, встал рядом. Присед, прыжок, забалансировал на вершине помогая себе руками.
Может поискать «ящик» поровнее? Прогнал эту мысль. Майка тогда вон как ловко приткнулась на валуне. А еще при посадке, чуть ранее. Я тоже так хочу. При следующем прыжке неосознанно вцепился в камень пальцами лап. Как же здорово получается! Я буквально намертво прикипел к поверхности булыжника.
Как будто заново глянул на когтистые стопы. Так вот оно значит как! А я-то вначале материл тех, кто придумал для икаров такие ноги. Тогда извините, кто бы вы не были, был не прав.
Кстати, мне же посоветовали развивать выносливость. Вот и буду развивать - нашел небольшой камешек, килограмма на три-четыре, стал прыгать с ним. Дело пошло веселее – прыжков через десять я обессиленно свалился в траву.

– Привет.
Сил испуганно вздрагивать не осталось. Надсадно дыша, смахнул катящиеся по лицу градины пота. Из-за каменного «пьедестала» вышли две девушки. Миниатюрные, облегающие футболки подчеркивают ладненькие фигурки, крылышки светлые. Только одна брюнетка с прической каре, а вторая длинноволосая шатенка. Я устало изобразил рукой приветствие.
– Не помешали?
– Чему? – я удивился, – я тут валяюсь, наслаждаюсь видами. Вы сюда заниматься?
Девчонки, хихикнув переглянулись.
– Это ж «Лягушатник», нам-то что здесь делать? Не-е-еа, – протянула брюнетка, – мы пришли посмотреть, не загоняла ли тебя пчела.
– Я и сам с этим неплохо справляюсь. В смысле, с загонянием себя любимого, я это умею. Кстати, не представился, я - Рус
– А мы знакомы, помнишь? Утром, на Ласточкином, нас Сапсан познакомил…
– А, точно, извини, видать вместе с силами и память меня покинула... Ты же Веточка?
Девчонка расцвела.
– Да, правильно…
Ну слава богу! Девчонку то я запомнил, несмотря на ее внешность, просто сейчас лихорадочно вспоминал ее имя.
Еще в реале выделил для себя этот тип девушек в отдельную категорию: миленькие, хорошенькие, стройные. Не «плоскодонки» и не «молочные фермы», не «дылды» и не «карлицы», не «скелеты» и не «коровы» … Они типовые. «Калиброванные». Это не плохо, наоборот, такие девушки не могут не нравиться. Вот только они похожи друг на друга, и их легко спутать. Что само по себе грозит катастрофой.
– А это Печенька.
– Как? – вырвалось у меня.
– Согласна, дурацкое имя, – скривилась мордашку вторая девушка. – Когда предложили в тесте поучаствовать, у меня опыта в онлайн играх вообще не было, вот и тупанула с ником. А теперь ребята Печкой дразнят.
Наконец-то я немного пришел в себя, и смог встать.
– Извините милые дамы, что валялся перед вами, – я приложил ладонь к груди, – просто реально упоролся. – Перевел взгляд на Печеньку, – мне очень приятно. И я не буду звать тебя Печкой. Обещаю. – подмигнул, – могу Пенькой или Ченькой
Девчонки переглянулись, снова хихикнули.
– А что, мне нравится, – заметила шатенка, – а ты почему один? К тебе же вроде Майку приставили.
– Она занималась со мной, до обеда. Показала, как махать, теперь вот самостоятельно отрабатываю. Я же не ребенок, мне не нужно над душой стоять.
– Понятно. Слушай, а чего это ты тут с камнем скакал? Тоже Майка заставила?
Интересно, сколько времени они за мной наблюдали?
– Не, это я сам. Прыжок развиваю, для старта.
Подружки вновь переглянулись, с округлившимися глазами.
– Для чего?
– Для старта. У нас же крылья длинные, как у стрижей, те тоже с земли взлететь не могут. – Очередь удивляться настала мне, – а вы, как взлетаете?
– Да, просто, – Веточка пожала плечами, – если из ЛК, так там высоко, оттолкнулась и полетела. С Ласточкиного вообще все просто.
– А если отсюда?
– Рус, ну так здесь же кругом здоровенные булыганы! Разве тебя пчела на один из таких не загоняла махать крыльями?
Я согласился.
– Ну так чего сложного, с камня взлетать? Взмахнул и полетел!
– А если камней не будет? – не отставал я.
– Как это, не будет? – брюнетка прищурилась, – Здесь обычно всегда есть подходящие места. Да и вообще, не садись там, где нет возможности взлетать, и все дела.
– Вет, ну чего ты на парня набросилась? Он же первый день! – вступилась за меня Печенька. – Сама небось в первый день еще и не такое выдавала.
– Не набросилась я, – чуть надулась Веточка.
– Рус, а ты часом в реале не летал? – продолжила мой расстрел вопросами шатенка.
– Нет, я как-то больше по земле привык, ножками. А чего ты спрашиваешь?
– Ну интересно же. Вдруг ты летчик, и поэтому решил в тесте поучаствовать. Вон у нас Борисыч, это ник у него такой. Так он – бывший летчик. Забавный дядька, весь из себя военный. Правда сегодня его нет. Так он прямо заявляет – я пришел сюда за крыльями, раз реальные отобрали. Потом были двое парапланеристов и один дельтапланщик, но пропали. А еще Сапсан в реале летает. На спортивных самолетах. У него даже есть пилотское и свой самолет!
– Да откуда у него свой самолет, Печа! – скривилась Веточка, – это ему просто покататься давали. Ты сама подумай, зачем ему, свой? Он же в игре все время!
– Я от Майки слышала…
– Ты ее слушай больше, особенно про Сапсана.
– Слушайте, девчонки, – перебил я подружек, – а вы не в курсе, Сапана Александром зовут?
– Нет, – хором ответили обе. Веточка добавила, – С чего ты решил?
– Ну я слышал, что Майя его «Саша» называет.
– Сапсаша, – скривившись и чуть гнусавя протянули обе разом. Переглянулись. Печенька добавила, с томным придыханием, – ах, Сапсашенька…
Мы втроем расхохотались.
– Вижу, любите вы ее, – подмигнул я девчонкам.
– Да вообще-то, она нормальная девка, только уж очень в своего Сапсашеньку влюбленная. Готова ради него на все. Иногда смотреть противно, как за ним волочится.
– Да какая она нормальная, Вета? Стерва она, конченная. Ты ее просто не знаешь, а я таких в своей жизни нагляделась.
– Девчонки, девчонки! – я поднял руки, «сдаваясь». – Давайте вы не будете меня посвящать в ваши девичьи разборки. Вы для меня все замечательные. Лучше скажите, вы здесь давно?
Веточка пожала плечами.
– Да как сказать? Я – четыре месяца. Давно? Смотря с чем сравнивать. Если с Печкой или Витом, то давно - они в последнем наборе пришли. Если с Сапсаном, то недолго. Он тут с самого начала, больше года уже. А если с тобой, – она подмигнула и задрала нос – то я вообще ветеран! Слушаться меня должен!
– Уи, мон женераль, – я шутливо вытянулся. Потом перевел взгляд на Печеньку, – то есть до меня, вы с Витусом здесь самые молодые были?
– Ага. Зелененькие. Нас тогда семь человек пришло, а остались только мы двое. Представляешь, для Вита облом? Он сначала к одной девчонке клеился, блин, как ее? Не помнишь, Вет?
Веточка развела руками.
– Да, не важно, – махнула рукой шатенка, – короче, ушла она. Потом была еще одна, такая длинная, с розовыми волосами. Тоже не помню, как звали. Она вроде даже отвечать ему начала. Потом правда тоже свалила. Но тут Витус наконец полетел, почти через месяц, и решил на Майку переключиться.
– Через месяц? – я аж поперхнулся.
– Ты что? – на меня уставились две пары заботливых глаз.
– То есть вся эта бодяга, на месяц?! Месяц прыгать как обезьяна? О…
Я откинулся, закатывая глаза.
– Да погоди ты выпадать в осадок. Витус просто появлялся через день, а то и через два дня на третий. Да в самом начале половину времени в трактире проводил. Вот и дотянул, что его чуть не поперли. Так-то первый полет меньше времени занимает, особенно если тебя целенаправленно учат. Мне повезло, меня на третий день Ветка под крыло взяла, я за четыре дня полетела.
Меня отпустило, четыре дня не месяц.
– А что с остальными? – я, наконец-то смог вернуться к теме, – что с тобой пришли?
– Не знаю, – девушка пожала плечами, – Ушли.
– А почему?
– Да кто же из них говорил-то? Просто человек пропадает, и все.
На последних словах обе как-то притихли, видимо интереса тема не вызывала, решил сменить.
– Слушай, Пеня, а ты говорила, что у тебя опыта в онлайне совсем не было. А как тогда тебя в тест … – я умолк, решив, что сказать «взяли» будет как-то некрасиво. Вроде сомневаюсь в человеке.
– занесло? – Закончила за меня Печенька, – да это на самом деле дядин акк. Он то у нас подвинутый на онлайне, денег вливает кучу. Мама на него шипит, а ему пофиг. А что? Зарабатывает хорошо, неженат, вот и проводит полжизни в коконе. Короче, когда первых альфатестеров набирали, его взяли с радостью. Еще бы! Такой игровой опыт! Но ему со временем надоело: тут все сырое, недоделанное. Вот… Короче, он мне свой аккаунт предложил, он у него на год проплачен, ну и говорит «нехорошо. Людей подводить не хочется, все-таки на него рассчитывают». Он ушел, на его место я. Перерегистрировалась конечно, не могу же я мужским персонажем играть. Я же, – тут она, слегка кокетничая опустила глаза, – девочка.
– Понятно. И как тебе здесь?
– А чё, прикольно. Ребята хорошие, горы кругом. Красиво.
– Слушайте, девчонки, а летать вам нравится?
– Конечно! Да! – ответили обе хором. Переглянулись.
Продолжила Веточка:
– Ты чего? Люди же тысячелетия мечтали, вот так вот, – прикрыв глаза и подняв голову, она вся вытянулась, вперед и вверх, раскинула руки («почему руки?» мысленно отметил я, «у нее же есть крылья!»), эдакая недо-ласточка, и пару секунд покачивалась, как будто в полете. На лице застыло выражение умиротворенной радости.

В этот момент раздался уже знакомый свист крыльев. Над нами пронеслись две молнии: красная и синяя.
– Ну или вот так вот, – с иронией заметила Печенька.
Выполнив эффектный разворот в глубоком крене, «братья-акробатья» секунду пикировали прямо на нас, поднырнули, и энергично оттормозившись приземлились в паре шагов. При этом красный сел чисто, а синий не до конца погасил скорость, и пробежался по инерции два шага.
– Лошара, – вырвалась непроизвольная усмешка у его приятеля.
– Чё? – Синий порывисто развернулся, изобразил боксерскую стойку. Я оценил, стойка хорошая: ноги напружинены, локти не разбрасывает. Миг, и вот уже парень расслабился, махнул рукой, – ладно, я сегодня добрый. Живи пацанчик.
– Привет девчонки, – синий наконец повернулся к нам, – а мы вас потеряли…
– Слышишь, Вет, тут у нас какие Саши-растеряши обнаружились? Ты не знаешь их случайно?
– Приходилось видится. Да ладно, хорошо, что сами не потерялись, – в тон ответила Веточка, – а вы что хотели, потерянные?
Скорее всего, это была не первая их пикировка, так как парни не растерялись.
– Да вот, летаем мы значит, на южаке, гоняем грязного, а оценить некому.
– Так уж и некому?
Красный скривил гримасу, пожал плечами:
– А кому? Борисыча нет, Рыжий в кафешке завис, Саныч отца родного включил: «мальчики не балуйтесь». Пчелу непоймешь: мы вроде этого дуралея чуть ли не из задницы у нее достали, а то летел чуть носом не уткнувшись, представляешь? А она шипит на нас, словно не пчела, а кошка…
– Драная? – прищурившись переспросила Печенька.
– Да не, почему? – начал было красный, но синий перебил:
– Драная, драная, – добавил примирительно, – короче, девчонки, присоединяйтесь. А то скучно становится.
– А «грязный» это кто? – подал голос я.
Парни не отреагировали, будто помимо их и двух девушек в «Лягушатнике» никого не было.
– «Грязным» Витуса иногда называют, – пояснила Веточка, – заметил, какие у него крылья?
– Ну да, неудачное сочетание цветов, что ему, никто не скажет, как издалека смотрится?
– А толку? – вклинилась Печенька, – Какого создал перса в редакторе, тем и пользуешься. Всё. Он сначала хотел себе белоснежные крылья. Но белоснежные, только у «ангелов» из поддержки, простым игрокам нельзя. Ну, типа, когда нас в большой мир выпустят, чтоб с админами не путали. Серебряные Сапсан сразу занял, тоже облом. Вот он и решил микс сделать.
– Да и кто ему будет говорить? – пренебрежительно скривила рот Веточка, – его никто не любит.
– Что так?
– Потому что он слизняк и халявщик, – снизошел до ответа один из парней, – девчонки, вы летите?
– Погодите секунду, а что значит «Сапсан занял»? – удивился я, – ну, про крылья.
– Да ты что, не знаешь? – изумилась Веточка, – Крылья у всех должны быть разными!
– Погодите-ка, – я стал переводить взгляд с одной девушки на другую.
– Так, – притворно нахмурилась Печенька, – только не говори, что у нас крылья одинаковые!
Девчонки синхронно повернулись ко мне в пол-оборота спиной и лицом друг к другу, сцепившись руками. Каждая расправила дальнее от подруги крыло. Получилось красиво.
А я разглядел, что несмотря на внешнюю схожесть – у обеих крылья светлые, в деталях они все же различались. У Печеньки крылья были ближе к бежевым и в частую серую крапинку. У Веточки окрас градиентом изменялся от корня крыла, где был ближе к цвету топленого молока, к почти белым маховым перьям.
– Ну? – притворно продолжала хмуриться Печенька.
– Сдаюсь, сдаюсь, – я поднял руки, – но у меня есть оправдание.
– И?
– Я не видел вас в полете.
Девчонки переглянулись, обменялись пожатием плеч.
– Живи, – шутливо погрозила мне Веточка, – ладно, заболтались мы с тобой. Давай, тренируйся. Вот станешь икаром, тогда вместе полетаем.
– Что значит, «станешь икаром»? – я буквально опешил, – а я сейчас кто?
– Личинка, – смотря сквозь меня бросил красный.
Девушки легко взбежали на «пьедесталы» из валунов. Взмах крыльями, несильный толчок с обеих ног, и две «птицы» скрылись от меня за нагромождениями камней, в направлении Ласточкиного обрыва.
Почти одновременно с этим парни развернулись, параллельно разбежались. Три шага, прыжок, заработали крылья…, и я опять остался один в Лягушатнике.

Глава 6 Рус. Тяжело в учении…
Собеседники улетели, тогда чего прохлаждаюсь? Они-то, между прочим, летают, а я пока нет. Я пока – личинка.
Скрипнув зубами, схватил камень и снова прыгал до полного изнеможения. На этот раз выносливости хватило на тринадцать прыжков. Расту помаленьку!
Пока восстанавливался решал дилемму: повыше или потяжелее? А может и то, и другое? Пошарил вокруг, все камни или здорово больше того, с которым тренировался, или такие же. Зато нашлась «ступенька» немногим выше колена. Снова «спекся» за десяток прыжков.
Тренькнуло, в поле зрения всплыл конвертик. Это Майка пока сидели в трактире удосужилась создать чат.
«Занимаешься? Приду, проверю»
Вот черт! Даже не знаю, как реагировать. Первая реакция – послать. Тоже мне, проверяльщица. Сдержался, все-таки это мой наставник, кто еще будет меня учить? Хотел было отшутиться, но передумал. Нафиг, написал «занимаюсь», и смахнул вкладку чата.
Впрочем, как ни крути, она права. Прыжки меня к полету не приближают. Конечно, в дальнейшем они облегчат старт, и закладывать их надо сейчас, пока персонаж совсем не раскачан. Но сейчас моя первейшая задача – полететь.
Вернулся к «пьедесталу», на котором до обеда тренировался с Майкой. Верхняя ступенька на высоте моей груди. Если добавить длину ног, то как раз, согнувшись в пояснице я кончиками крыльев доставал до земли. Хороший индикатор того, что машу вниз на полную амплитуду. Еще бы сверху такой.
На верх вело две ступеньки, одна до колена, вторая чуть выше середины бедра. Ну-ка, попробуем… Раз, и запрыгнул сразу на вторую. Да я красавчик!
Майка появилась, когда я отдыхал после очередного цикла. Решил, все-таки не отказываться от прокачки прыжка, и чередовал с махами.
– Прохлаждаешься? – «пчелка» окинула ироничным взглядом мое валяющееся тельце.
Я только отмахнулся, сил на препирательства не было от слова совсем.
– На, держи, – она протянула узелок, – уверена - голодный, а запасов с собой не взял.
Не вставая развязал. Фляга и полоски сушеного мяса.
– Флягу вернешь, – ее указательный палец уставился мне в лицо, – первый и последний раз даю моей попользоваться, впредь не забывай свою. Тебе зачем ее в стартовый набор положили? И кстати, ты вывел шкалы голода и выносливости?
Она имела в виду, сделал ли я так, чтоб всегда эти шкалы перед глазами.
– Знаешь, не люблю я, когда перед глазами что-то маячит. Мне в первую очередь ФанВирт тем и нравится, что я ощущаю себя в реальном мире. А все эти ники, болтающиеся над головами, целая гребенка шкал где-нибудь в углу поля зрения, дурацкие системные сообщения…
Майка присела рядом, подобрав ноги и опершись рукой о землю. Протянул ей полоску мяса. Отмахнулась:
– Спасибо, я только что из харчевни, а ты жуй, жуй. – Продолжила задумчиво, – Знаешь, не от тебя первого слышу подобное, и отношусь с пониманием. Но я тебе по-дружески рекомендую, хотя бы на время учебы повесь у себя где-нибудь на виду шкалу выносливости и шкалу голода. – Она взглянула мне прямо в глаза, – пойми Рус, ты мой первый ученик, если ты полетишь, я получу статус наставника. И я вижу, ты стараешься. Понимаю, делаешь ты это не для меня, а для себя, но здесь мы с тобой, в одной лодке.
– Окей, раз так говорит мой учитель… – я открыл интерфейс, и занялся настройками.
– Повесь где-нибудь внизу, на периферии, не загораживай основной обзор.
– А что важнее?
– Конечно выносливость. Голод можешь настроить так, чтоб проявлялась только когда половина остается. Позже, когда привыкнешь, можешь вообще убрать. А вот выносливость многие совсем оставляют.
– Слушай, а в чем такой сакральный смысл этой выносливости?
Майка выпрямилась, поджала губы.
– Рус, ты порой рассуждаешь, очень здраво, а порой – дурак дураком. Представь, ты в полете, и у тебя обнулилась выносливость. А высоты метров сто… Или еще лучше – полетишь с Ласточкиного обрыва, а там до низа километр с хвостиком. Ну, представил?
– И что? – я все равно не понимал, – я же видел, вы не только машете, но и парите на раскрытых крыльях. Устал махать – раскинулся и планируй.
– Запомни, даже в парении выносливость расходуется. – Кажется Майка начала заводиться, – а если она кончится, ты даже в парящем положении крылья не удержишь. Мало тебе одного полета вниз?
У меня перед глазами живо промелькнули кадры моего утреннего самоубийственного падения. Непроизвольно передернуло.
– Вот то-то же, – наставница правильно поняла мою реакцию, – давай, харе расслабляться, небо зовет.
– Что?
– Пошел на камень, хочу посмотреть, что у тебя получается.
Ну вот и поговорили.
– Ну что ж, мне нравится, – резюмировала наставница, – амплитуду выдерживаешь, мах энергичный, немного вектор подправить, и полетишь. Насколько теперь выносливости хватает?
Я разогнулся, утереть пот. Выносливость в этот раз я обнулил три раза. И каждый раз Майке что-то не нравилось.
– Сейчас хватило на семь минут.
–То есть минут пять лёта есть, – и считав удивление на моем лице, добавила, – ты сейчас машешь не в полную силу. Махал бы в полную, уже летел бы.
– Да я, если честно, помятую как в прошлый раз с этого камня кубарем летел…
– Вот! – Майка подняла руку в указующем жесте, – этим как раз и займемся. Давай, спускайся на нижнюю ступеньку.
Когда я разместился на маленьком камешке, моя наставница принялась вышагивать передо мной взад-вперед, и с менторскими нотками ударилась в пояснения.
– Маховый полет, Рус, хоть и важная составляющая умения летать, но не единственная. Как ты мог видеть, икары очень много парят. То есть, летят без махов, на планировании. Парение, это тоже очень важно, поскольку расход выносливости при этом в шесть раз меньше. Думаешь не много? – она окинула меня взглядом. Я стоял молча, но она продолжила, будто услышала возражения, – ты ошибаешься. Сейчас ты можешь на махах держаться в воздухе лишь пять минут. Но если будешь парить, это уже целых полчаса! Представляешь?
Наверно, в ее фантазиях, я должен был сначала возражать, потом поразиться, высказать удивление… Прямо вижу, как она тренировала свою речь, в Личной Комнате перед зеркалом. Но мне, если честно, было все равно.
– Майя, может быть мы уже займемся этим самым парением?
Девушка фыркнула, видимо не весь заготовленный текст успела воспроизвести.
– Ладно, давай займемся. Помнишь, как Рыжий хотел тебя запустить с обрыва?
Я кивнул.
– Так вот, по сути, все он тебе объяснил правильно. Разве что выносливости хватило бы на чуть-чуть, да и с координацией у тебя на тот момент было плохо, – наставница сделала паузу, – А сейчас, разведи крылья. А теперь, удерживая их в этом положении, просто спрыгни с камня.
Я подсел, прыжок… Крылья резко вывернуло вверх. Благо земля была близко.
– Нет, нет и нет, Рус. Ты должен опираться на воздух, напряги мышцы!
Я попробовал – наполовину приседая, в то же время слегка опускал крылья вниз.
– Ты должен почувствовать опору на крыльях, воздушную подушку. … Давай опять на камень.
Я повторил. Потом еще. И еще. И еще пять раз.
– Блин, Рус, все не то! В последний раз ты вообще в момент прыжка пытался махнуть вниз. Это неправильно! Так ты воткнешься перьями в землю, и переломаешь их! … Ну ка дай. Смотри.
Девушка вспрыгнула на камень, развела крылья, слегка оттолкнулась с двух ног… И проскользила над землей несколько метров.
– Понял?
– Не знаю, – честно признался я, – у тебя получается здорово. А вот почему у меня такая лажа? Слушай, может я повыше заберусь? Все-таки чуть больше времени лететь буду, может успею опереться на крылья?
– Думаешь? – хмыкнула девушка, – а ноги не поломаешь?
– Да я запрыгиваю на среднюю ступеньку. Значит и спрыгну без проблем.
– Вот как? А ну, изобрази!
Я изобразил.
– Тренировался? Молодец, – похвалила Майка. – Прыжок тоже нужен, хотя многие предпочитают с каких-нибудь возвышенностей взлетать.
И тут я похвастался, что прыгал с камнем. Напрасно. Девушка прищурилась, уперла руки в боки.
– Рус, ты дурак?
Я опешил. – А что не так-то?
– Так, меня достало, – наставница просто взорвалась. – Завтра же сдаешь мне зачет по характеристикам икаров, и главное – скажешь на какие параметры у нас штрафы, и какие. Понял?
– Ты можешь толком объяснить, на что ты взъелась?
Но Майка уже, как говориться, закусила удила. В раздражении она развернулась, дернулась. Мне даже показалось, что она сейчас улетит. Но потом снова повернулась ко мне.
– Рус, ты, ты… – ее рука порывисто поднялась к голове, несколько раз дернулась, словно хотела ткнуть в меня пальцем, – ладно, лезь хоть на самый верх. И давай уже…
Она не договорила.
Пораженный столь бурной реакцией, я запрыгнул на вторую ступеньку. Развел крылья, приготовился, бросил взгляд на девушку. Та все еще кипела. Ну не хочешь говорить, не надо, сосредоточусь на полете. И-и-и … прыжок!
Крылья опять стало выворачивать воздухом, но теперь я успел напрячь мышцы, и какое-то мгновенье летел над землей! Ура!
Однако не успел обрадоваться, как горизонт накренился, летевшая на меня земля почему-то шарахнулась в сторону, потом по левому крылу что-то ударило… А дальше я кубарем покатился по траве.
Потирая ушибы поднялся.
– Крыло цело? – нотки злости в голосе наставницы еще остались, но теперь к ним добавилось что-то заботливое.
– Да вроде… – я отвел оперенную конечность в сторону, согнул-разогнул, взмахнул разик, – вроде цело.
Побаливало, конечно, особенно плечо, но ничего такого, чего бы я не мог перетерпеть.
– А что случилось? – я уставился на Майку, – даже понять ничего не успел.
– Поздравляю. Ты словил классический циркуль. Говорила тебе, чтоб всегда держал крылья симметрично? Вот и результат!
– Все равно ничего не понял!
– Рус, все просто, – наконец-то перешла на нормальный тон девушка, – ты левым крылом чуть провалился. То есть его задрало чуть вверх, по отношению к правому, от этого развился крен. Потом ты крыло выровнял, но это уже не помогло – крен был, и ты воткнулся левым крылом в землю.
– А что делать?
Майка развела руками, – Не заваливаться в крен. А для этого – держи крылья симметрично. Ты должен почувствовать, что давление на каждое крыло одинаковое.
– А как? Я же лечу полсекунды. Что я успею почувствовать за это время?! Может все же повыше забраться?
– Повыше заберешься, – девушка хмыкнула, – последствия будут более плачевные. Скорее всего ушибами не отделаешься. Сломаешь крыло – придется тратиться на эликсиры. Само заживать будет очень долго. В принципе, есть вариант. Пока ты первого уровня, и терять тебе особо нечего, можно разбиваться каждый раз. Тем более здесь отключен временной штраф на возрождение. К примеру, прыгай каждый раз с Ласточкиного, пока летишь, успеешь что-то попробовать…
Она выжидательно посмотрела на меня. Я прикрыл глаза, представляя… Черт, опять перед глазами карусель из неба и скал, сосущий ужас в животе, даже тошнота подкатил.
– Не-е… – потряс головой, отгоняя наваждение, – я лучше так.
– Ну так, значит так, – она пожала плечами, – тогда лезь обратно.
Я снова вспрыгнул на среднюю ступеньку.
– Смотри, Рус, – Майя встала сбоку, принялась инструктировать, – сейчас надо сделать следующее. Перед стартом, крылья разведи симметрично. В момент прыжка, постарайся почувствовать, как опираешься на воздух. А потом, в полете, контролируй, чтоб давление на оба крыла было одинаковое. Понял?
Сосредоточенно кивнул головой. Ну, пробую? Прыжок…
Горизонт крутануло, я инстинктивно сжался, кувырок по траве. Встал.
– Цел?
– Вроде, – кинул взгляд на крылья, чуть покрутил корпусом.
– Так, смотри. Первое. Ты прыгал уже в крене. Крылья были не одинаково, опять левое выше. От этого тебя уже в момент прыжка стало закручивать, а ты, вместо того, чтоб исправлять крен сжался. И дальше летел кулем, благо не переломался при падении. Может все же с первой ступеньки.
– Не, нормально, – замотал головой, – давай еще раз.
– Хорошо. Только давай теперь перед прыжком, я буду показывать, правильно ли у тебя крылья.
Запрыгнул на камень, часто закивал головой, в подтверждении. Майка вышла вперед, на линию моего прыжка, но чуть дальше. Куда я пока не долетал.
Так, сосредоточиться. Корпус чуть вперед, крылья развел, взгляд на наставницу. Та развела руки, свою правую задрала выше. Понял! Чуть опустил левое крыло. Майка показала большой палец.
И-и-и… Раз!
Я почувствовал! Почувствовал! Воздух подхватил меня под крылья, я ощутил, как они опираются на него! Миг, еще…
– Право! ПРАВО!!! – донесся крик Майки.
Что? Заче…
Горизонт опять накренился, земля опять бросилась в право. Я судорожно попытался махнуть левым крылом… Удар, хруст…. И я опять кувыркаюсь по земле.
Черт, больно! Ко мне подошла Майка.
– Покажи… Мда-а-а… Сломано, – резюмировала наставница.
Крайняя кость левого крылышка оказалась переломлена ровно по середине, в месте перелома кожа лопнула и чуть кровила. Перья вокруг перелома торчали в разные стороны, а те, которые были ближе к кончику тоже оказались надломлены.
– Ну что? – выжидательно посмотрела на меня Майя, – заканчиваем? Само заживать будет дня два или три. И надо шину наложить, чтоб срослось правильно.
– Плохой вариант, – я устало помотал головой, – а какие альтернативы?
– Ласточкин, – она показала взглядом в направлении обрыва, – или эликсиры.
– Черт! – непроизвольно выругался, – эликсиров нет, не подумал запастись…
Скрипнул зубами. Как же мне не хочется прыгать с обрыва! Разум понимал, что все равно это не настоящая смерть, все равно я через секунду появлюсь на камне возрождения, но…
Спокойный голос:
– Потом отдашь, – девушка протягивала мне флуоресцирующий флакончик. Малое исцеление!
– Майя, – я приложил правую руку к груди, – честное слово, завтра же отдам!
– Конечно отдашь, – также спокойно произнесла девушка, – давай помогу.
Она откупорила флакончик, и придерживая крыло, полила место перелома. Защипало, сломанные перья распрямлялись на глазах и вставали на место. Кожа затянулась. Попробовал помахать – крыло слушалось. Даже все потертости на перьях, от предыдущих падений исчезли.
– Ну как ты?
– Продолжаем!
– Ок. Только постарайся больше не ломаться, у меня еще один эликсир есть, но я тебе не походная аптечка.
– Май, ну я же сказал, что отдам. И, спасибо тебе большое.
– Ладно, проехали. Значит смотри. Старт был хороший, полетел ровненько. Потом опять провалился слева. Я тебе кричала «вправо!», но ты слишком поздно среагировал.
– Погоди, – перебил я наставницу, – когда ты кричала, мне кажется, еще все нормально было.
– Рус, – она взглянула мне в глаза, – ты просто пока не чувствуешь малых кренов. Он уже был.
– Да как же? …
– Поверь мне. Это дело привычки и повторений. Не переживай, со временем разовьется. Во, кстати! Ты машину водишь?
– Да как сказать… – я замялся. Свою я так купить и не успел, пользовался то брата, то отцовскими. Да и не был я восторженным поклонником автомобильного стиля жизни. Для меня это в первую очередь средство передвижения, и, если была возможность, ездил с кем-нибудь. – Вожу немного. Только я не фанат «руля», да и ездить мне особо никуда не надо.
– Ясно. Жаль. А я вот с шестнадцати лет за рулем. Тут ведь так же, как с вождением. Сначала ты ловишь машину в потоке, шарахаешься от полосы к полосе. Пока разделительная совсем под колеса не влезла, даже не понимаешь, что тебя мотает. Я, когда начинала, если не дай бог, выезжала на новый асфальт, где еще разметку не нанесли, вообще не понимала, прямо еду, или уже на встречку выперлась. И рулем приходилось крутить туда-сюда, – она показала руками. Амплитуда оказалась большущей. – А сейчас, – в голосе почувствовались нотки гордости, – прям чуть-чуть надо, – руками показала, как это, «чуть-чуть», – мне даже солидные дядьки, профессионалы со стажем говорят, что я здорово вожу.
– Понятно, – только и оставалось что сказать.
– Все получится, Рус, просто надо летать. Много. И тогда начнешь чувствовать крылья, чувствовать, что что-то идет не так, когда это только-только начинает развиваться. Тогда и для исправления нужно совсем микроскопические усилия. А пока, – она подмигнула, – пока тебе летать в Лягушатнике. Здесь штиль, воздух спокойный, и нет никакой турбуленции.
Вот ведь, успокоила! Еще и «турбуленция»!
– Давай, Русик, хватит отдыхать. Ты ведь хочешь полететь?
– А то!
– И я хочу, чтоб ты полетел. Так что вперед, на камень. Продолжаем.
И мы продолжили. Еще дважды отдыхал, полностью израсходовав выносливость. Благо от этого она подрастала по не многу. Запрыгивать на ступеньку становилось все легче, грешным делом, подумал, что теперь могу и с камнем запрыгнуть. Но по понятным причинам, озвучивать эту идею не стал. От греха.
А потом у меня получилось. Как-то буднично.
Прыжок, воздух подхватил меня под крылья, земля побежала подо мной. Пару раз Майка кричала «право-лево», да я и сам начал чувствовать. Компенсировал напряжением мышц под тем крылом, куда заваливался, небольшим, почти незаметным полувзмахом.
И все! Горизонт стоял прямо, земля бежала на меня, приближаясь. А потом приблизилась настолько, что ноги чиркнули по траве, и я побежал, гася скорость.
Не может быть! Я повернулся, к Майке, поднял на нее не верящий взгляд. Светящаяся от радости девушка подбежала ко мне, обняла, прижимаясь всем телом. На секунду почувствовал ее тугую грудь, тонкие руки обхватили плечи.
– Русик, ты молодчина! Поздравляю!
Отпрянула, подняла руку ладонью вперед. Я хлопнул своей в ее ладонь.
Даже не знаю, кто больше радовался моему полету.
– Скажи, а когда я перестану быть личинкой?
– Кто тебе рассказал? – наставница подняла бровь.
– Веточка с Печенькой заходили. – И добавил поспешно, – А потом Чук и Гек за ними прилетали.
– Так вот чем ты тут без меня занимался, – она задорно подмигнула, – с Веточеньками значит, заигрываешь… Ну-ну.
– Да не, ну что ты… – начал было оправдываться.
Хотя чего это я? Она же не моя девушка? Хотя все равно, какое-то чувство вины ощутил.
– Да ладно, расслабься, это твое дело. И что же они тебе сказали?
– Что я пока не икар. Что пока – личинка.
– Смешно. Я помню и одну и вторую. Надо сказать, ничего выдающегося. Ветка до слета по прямой дошла дня за три. То есть ты, за один неполный, а она, за три. Так что на ее месте, я бы не дразнила тебя личинкой.
Я хотел возразить, что личинкой меня назвал кто-то из парней, но Майка опередила.
– Да, есть такое. Пока игрок не полетел, он не икар, а личинка икара. Но поверь, тебе не так уж и много осталось в личинках ходить. Ты очень здорово прогрессируешь!
– Так может это не я, такой замечательный, может это я в хорошие руки попал? – не смог удержаться от подхалимажа я. Стрела попала по адресу: девушка еще больше расцвела.
– Ну ладно, скажешь тоже… С некоторыми как не бейся, ничего не выйдет.
Чувствуется, последняя фраза была некоторым кокетством.
– Считается, что игрок закончил первоначальное обучение, если он смог стартовать с Ласточкиного обрыва, сделать пару кругов, и приземлиться там, откуда взлетел. Поверь, еще день – и ты это сможешь.
И она ободряюще мне улыбнулась.
 

Похожие темы


Сверху Снизу