И смех и слёзы.
- Автор темы Кархайм
- Дата начала
Эта тема была закреплена навсегда.
История понравилась:
Рассказ тренера
Работа наша сам знаешь какая – тренировки да выезды на соревнования, летом – лагерь.
Всю подноготную учеников поневоле знаешь – кто как учится, как дома дела, характер, привычки, все… И что Куликов у меня матерщинник страшный, знал уж я давно. Двенадцать лет ему, три года у меня тренируется. Уж ему и попадало от меня, а иду мимо раздевалки – мат-перемат, и Куликов громче всех. Не он, конечно, один, а попадало всегда ему. Бывало уж иной раз сделаю вид, что ничего не слышу… В прошлое лето тоже в спортивный лагерь поехали. Первый день самый суетливый – заселение по корпусам, выдача белья… Все педагоги на взводе. Мальчишкам-то чего: матрас на койку, сумку под койку и уже носятся по всему лагерю – из города на простор вырвались.
Я чего-то в клуб зашел, а там у нас библиотека есть, я слышу – кто-то там говорит, заглянул. Один-то сразу меня увидел, примолк, а Куликов спиной ко мне стоял – и чешет так, что даже у меня уши в трубочку сворачиваются.
- Все, Куликов, ты попал! – он, бедный, так на полуслове, вернее на полумате и застыл, видит, что у меня уж рука на оплеуху поднимается, голову в плечи втянул. А я рукой-то этой, что за оплеухой потянулась, и схватил первую попавшуюся книгу с полки. Раскрыл не глядя:
- Вот отсюда, наизусть, - пальцем ткнул и Куликову под нос сунул. Тут и сам заглянул: «Антон Павлович Чехов. «Толстый и тонкий». – Понял? – говорю: - В конце смены, на заключительном концерте. Наизусть.
- Понял.
Ну, смена, как смена была: утром зарядка, днем тренировка, костры, походы, рыбалки – все было.
Только Куликов мой, вижу, притих. А, надо сказать, парень-то он хороший и спорт любит. И выступает на соревнованиях хорошо. Я бы, может, другого-то на его месте уже и отчислил из группы. Дисциплина – главное в работе детского тренера. Верно? И они все мой характер знают. Вот Куликов-то мой и присмирел. Во всяком случае, при мне. Не слышно его совсем. А гляжу – в свободную-то минуту книжку все читает. «Ну, давай-давай», - думаю. Ну, там и без Куликова проблем хватало, такие орлы есть… Да сам знаешь…
И вот последний день. Родители приехали, у нас традиция такая – в последний день концерт для родителей давать, а вечером большой костер на берегу…
Гляжу, Куликов-то бедный, от волнения аж побледнел весь. Я уж сам за него переживаю – справится ли…
Концерты у нас всегда хорошие. Такие артисты есть – и поют, и пляшут, и сценки всякие ставят. Все довольные – и ребята, и родители. И вот ведущий концерта, Сашка Потралов (спотсмен-то из него вряд ли великий получится, а артистом точно будет, если учиться пойдет), так вот, Потралов объявляет:
- Выступает Сергей Куликов.
Все уже заулыбались, знают, что он без матюжка-то двух слов связать не может.
Выходит Куликов – гляжу, собрался весь, как перед стартом, он это умеет, уверенно на сцену вышел, (уже и смешки среди зрителей слышны) встал, голову наклонил, будто задумался, и, театрально так:
- Антон Павлович Чехов! «Толстый и тонкий»!
Тут уж все в голос смеются. А Серега-то, Куликов-то – понимает, что он пользуется успехом, рассказ-то ведь юмористический. И, как по писанному шпарит, без запиночки. В раж вошел. В лицах все разыгрывает. Кое-кто уж по земле катается, за живот держится… Аплодисменты, как народному артисту были…Спускается Куликов со сцены, улыбается счастливо. Мать тут к нему подскочила, обняла, за руку схватила и ко мне:
- Спасибо вам, Андрей Николаевич! – слезы у женщины на глазах.
- Да это, - говорю, - Чехову спасибо!
- И Чехову, спасибо и Чехову! – не понимая, наверное, о каком Чехове речь, твердит мать.
А Куликов мой, стоит, глаза скромно потупив, улыбку сдерживает, ну как на награждении за первое место, а потом выдает:
- Это мне за то, что я матюгнулся… Блин.
(C)сылка
Работа наша сам знаешь какая – тренировки да выезды на соревнования, летом – лагерь.
Всю подноготную учеников поневоле знаешь – кто как учится, как дома дела, характер, привычки, все… И что Куликов у меня матерщинник страшный, знал уж я давно. Двенадцать лет ему, три года у меня тренируется. Уж ему и попадало от меня, а иду мимо раздевалки – мат-перемат, и Куликов громче всех. Не он, конечно, один, а попадало всегда ему. Бывало уж иной раз сделаю вид, что ничего не слышу… В прошлое лето тоже в спортивный лагерь поехали. Первый день самый суетливый – заселение по корпусам, выдача белья… Все педагоги на взводе. Мальчишкам-то чего: матрас на койку, сумку под койку и уже носятся по всему лагерю – из города на простор вырвались.
Я чего-то в клуб зашел, а там у нас библиотека есть, я слышу – кто-то там говорит, заглянул. Один-то сразу меня увидел, примолк, а Куликов спиной ко мне стоял – и чешет так, что даже у меня уши в трубочку сворачиваются.
- Все, Куликов, ты попал! – он, бедный, так на полуслове, вернее на полумате и застыл, видит, что у меня уж рука на оплеуху поднимается, голову в плечи втянул. А я рукой-то этой, что за оплеухой потянулась, и схватил первую попавшуюся книгу с полки. Раскрыл не глядя:
- Вот отсюда, наизусть, - пальцем ткнул и Куликову под нос сунул. Тут и сам заглянул: «Антон Павлович Чехов. «Толстый и тонкий». – Понял? – говорю: - В конце смены, на заключительном концерте. Наизусть.
- Понял.
Ну, смена, как смена была: утром зарядка, днем тренировка, костры, походы, рыбалки – все было.
Только Куликов мой, вижу, притих. А, надо сказать, парень-то он хороший и спорт любит. И выступает на соревнованиях хорошо. Я бы, может, другого-то на его месте уже и отчислил из группы. Дисциплина – главное в работе детского тренера. Верно? И они все мой характер знают. Вот Куликов-то мой и присмирел. Во всяком случае, при мне. Не слышно его совсем. А гляжу – в свободную-то минуту книжку все читает. «Ну, давай-давай», - думаю. Ну, там и без Куликова проблем хватало, такие орлы есть… Да сам знаешь…
И вот последний день. Родители приехали, у нас традиция такая – в последний день концерт для родителей давать, а вечером большой костер на берегу…
Гляжу, Куликов-то бедный, от волнения аж побледнел весь. Я уж сам за него переживаю – справится ли…
Концерты у нас всегда хорошие. Такие артисты есть – и поют, и пляшут, и сценки всякие ставят. Все довольные – и ребята, и родители. И вот ведущий концерта, Сашка Потралов (спотсмен-то из него вряд ли великий получится, а артистом точно будет, если учиться пойдет), так вот, Потралов объявляет:
- Выступает Сергей Куликов.
Все уже заулыбались, знают, что он без матюжка-то двух слов связать не может.
Выходит Куликов – гляжу, собрался весь, как перед стартом, он это умеет, уверенно на сцену вышел, (уже и смешки среди зрителей слышны) встал, голову наклонил, будто задумался, и, театрально так:
- Антон Павлович Чехов! «Толстый и тонкий»!
Тут уж все в голос смеются. А Серега-то, Куликов-то – понимает, что он пользуется успехом, рассказ-то ведь юмористический. И, как по писанному шпарит, без запиночки. В раж вошел. В лицах все разыгрывает. Кое-кто уж по земле катается, за живот держится… Аплодисменты, как народному артисту были…Спускается Куликов со сцены, улыбается счастливо. Мать тут к нему подскочила, обняла, за руку схватила и ко мне:
- Спасибо вам, Андрей Николаевич! – слезы у женщины на глазах.
- Да это, - говорю, - Чехову спасибо!
- И Чехову, спасибо и Чехову! – не понимая, наверное, о каком Чехове речь, твердит мать.
А Куликов мой, стоит, глаза скромно потупив, улыбку сдерживает, ну как на награждении за первое место, а потом выдает:
- Это мне за то, что я матюгнулся… Блин.
(C)сылка
sherr_khann
sherr_khann
Шпиён всех спящих
- Регистрация
- 8 Окт 2013
- Сообщения
- 2.056
- Оценок
- 5.332
- Баллы
- 1.821
- Возраст
- 52
То ли байка, то ли быль...
Более ста лет назад в Петербурге на Вознесенском проспекте находился уникальный в своем роде ресторан. Он славился отсутствием драк, скандалов или дебошей, которые обычно устраивала разгулявшаяся публика.
Дело в том, что весь обслуживающий персонал этого ресторана, от повара до гардеробщика, при приеме на работу проходил обязательный экзамен «на вынос пьяного». Хозяин заведения Порфирий Филимонович лично устраивал проверку желающим у него «послужить», которую проходили далеко не все. Но если уж выпадало счастье получить у него работу, то платил хозяин щедро и относился с уважением.
Испытание заключалось в том, что, обладавший недюжинной силой и весьма внушительной фигурой, Порфирий Филимонович не без удовольствия начинал «ходить колесом» по всей ресторации, сшибать мебель и для пущей убедительности выкрикивать, что он в свое время «и на медведя ходил». Задачей экзаменуемого было не испугаться и попытаться утихомирить разбуянившегося работодателя. Немногим молодцам удавалось унести ноги без особых увечий, а уж тем более справиться с «дебоширом».
Однажды в поисках места официанта попал на такую экзаменовку один юноша «щуплого студенческого вида». На него и время-то Филимоныч поначалу тратить не хотел, но тот настоял. Посмотрел внимательно новобранец, как хозяин «безобразничает», снял очки и на глазах у присутствующих за считанные секунды стянул с себя сюртук, продернул сквозь рукава шарф, выскочил навстречу Филимонычу, коротким мастерским ударом съездил ему по уху. А пока тот стоял, оглушенный и опешивший от неожиданности, стремительно натянул сюртук ему задом наперед и ловко примотал шарфом руки к туловищу.
Затем, поразмыслив мгновение, «студент» так же быстро свернул из двух салфеток кляп и, не церемонясь, затолкал его в рот несчастному экзаменатору. После таких потрясений Порфирию Филимоновичу пару дней пришлось провести в постели, так как на поверку у него каким-то образом оказались сломаны два ребра. На «Аркашку-студента» обижаться не стал и работать к себе взял, а прежде выяснил, откуда тот «такой шустрый выискался». Оказалось, несколько лет до этого Аркадий Рыбин проработал санитаром в доме для умалишенных и вынужден был там справляться с более серьезными противниками, нежели Порфирий Филимонович.
Более ста лет назад в Петербурге на Вознесенском проспекте находился уникальный в своем роде ресторан. Он славился отсутствием драк, скандалов или дебошей, которые обычно устраивала разгулявшаяся публика.
Дело в том, что весь обслуживающий персонал этого ресторана, от повара до гардеробщика, при приеме на работу проходил обязательный экзамен «на вынос пьяного». Хозяин заведения Порфирий Филимонович лично устраивал проверку желающим у него «послужить», которую проходили далеко не все. Но если уж выпадало счастье получить у него работу, то платил хозяин щедро и относился с уважением.
Испытание заключалось в том, что, обладавший недюжинной силой и весьма внушительной фигурой, Порфирий Филимонович не без удовольствия начинал «ходить колесом» по всей ресторации, сшибать мебель и для пущей убедительности выкрикивать, что он в свое время «и на медведя ходил». Задачей экзаменуемого было не испугаться и попытаться утихомирить разбуянившегося работодателя. Немногим молодцам удавалось унести ноги без особых увечий, а уж тем более справиться с «дебоширом».
Однажды в поисках места официанта попал на такую экзаменовку один юноша «щуплого студенческого вида». На него и время-то Филимоныч поначалу тратить не хотел, но тот настоял. Посмотрел внимательно новобранец, как хозяин «безобразничает», снял очки и на глазах у присутствующих за считанные секунды стянул с себя сюртук, продернул сквозь рукава шарф, выскочил навстречу Филимонычу, коротким мастерским ударом съездил ему по уху. А пока тот стоял, оглушенный и опешивший от неожиданности, стремительно натянул сюртук ему задом наперед и ловко примотал шарфом руки к туловищу.
Затем, поразмыслив мгновение, «студент» так же быстро свернул из двух салфеток кляп и, не церемонясь, затолкал его в рот несчастному экзаменатору. После таких потрясений Порфирию Филимоновичу пару дней пришлось провести в постели, так как на поверку у него каким-то образом оказались сломаны два ребра. На «Аркашку-студента» обижаться не стал и работать к себе взял, а прежде выяснил, откуда тот «такой шустрый выискался». Оказалось, несколько лет до этого Аркадий Рыбин проработал санитаром в доме для умалишенных и вынужден был там справляться с более серьезными противниками, нежели Порфирий Филимонович.
sherr_khann
sherr_khann
Шпиён всех спящих
- Регистрация
- 8 Окт 2013
- Сообщения
- 2.056
- Оценок
- 5.332
- Баллы
- 1.821
- Возраст
- 52
Кархайм
- Регистрация
- 21 Авг 2013
- Сообщения
- 2.429
- Оценок
- 2.471
- Баллы
- 1.763
Это когда к женщине, пристают с готовкой)
а дЖулька птица нашла!
вылазь давай из невида )))
В 3й раз перечитываю и не понимаю - если уже есть глинтвейн, зачем еще гнать то?
dJulia
- Регистрация
- 13 Сен 2018
- Сообщения
- 725
- Оценок
- 985
- Баллы
- 826
- Возраст
- 126
Мохито злюкается, весь в печали....т.к. зазнаец Глинтвейн припёрся, в окно постукал и кааак давай Мохитку под зад выгонять... прям так тумаков Мохитке надавал
sherr_khann
sherr_khann
Шпиён всех спящих
- Регистрация
- 8 Окт 2013
- Сообщения
- 2.056
- Оценок
- 5.332
- Баллы
- 1.821
- Возраст
- 52
Так как семья у меня немаленькая и с фантазией добавлю тоже каплю семейного юмора. Решили мы как то отпраздновать Новый год у моей мамы на Дону,все прошло замечательно и пора было уезжать.Старшие дочери(тогда ещё подростки) отпросились вечером перед отъездом попрощаться с друзьями,И вот спустя часа 2 приходят мои красавицы: старшая красная как рачонок после варки с плавным покачиванием тела и тихо умирающая от смеха средняя . Я,честно говоря в шоке, спрашиваю старшую:Лёля,что с тобой родная? А умница моя мне и отвечает: мама я очень сильно плакала,когда с друзьями прощалась! Я в ответ спрашиваю: чем плакала доча вином или водкой?! В ответ получила;шампанским! Верите нет,но смеялась вся семья и с тех пор любое появление под градусом кого бы то нибыло встречает вопрос Плакал? Плакала? Ну ты и наплакался!
Последнее редактирование:
| Автор темы | Похожие темы | Раздел | Кол-во сообщений | Дата |
|---|---|---|---|---|
|
И смех и грех... )) | Юмор! | 567 |