Глава 7.
Александер сидел на заднем сиденье служебного автомобиля, смотрел в окно. Город за стеклом тёк мимо: вечерние улицы, редкие прохожие, фонари зажигались один за другим. Скоро темнота.
Ассистент за рулём молчал. Руки на руле, спина прямая, взгляд на дорогу. Профессионально. Александер смотрел на его затылок, думал. Помощник всегда появлялся удивительно к месту, удивительно много знает, имеет доступ ко всему. Не многовато ли удивительного? С другой стороны, алиби есть: больница, наркотик, краснел от стыда. Логично. Но что-то царапало, неуловимое. Интуиция? Паранойя?
Не важно.
Безопаснее держать рядом, но не слишком близко. Последим.
- Ты останешься в машине, - сказал Александер, не отрывая взгляда от окна.
Ассистент глянул в зеркало заднего вида:
- Сэр?
- Снаружи. Следи за улицей, внутрь не заходи. Если что-то пойдёт не так, свяжись из машины с конторой.
Пауза.
- Да, сэр.
Александер кивнул. Помощник не спорил и принял спокойно. Хорошо. Последим.
Место встречи - бар на окраине города, старое здание, двухэтажное, облупившаяся краска на стенах, вывеска не горит. Тихое место. Мало посетителей. Идеально для этой встречи, где не нужны ни конспирация, ни свидетели.
Машина остановилась в переулке. Александер вышел, застегнул пиджак, оглядел улицу. Пусто. Сумерки сгущались.
Трое сотрудников в штатском уже ждали у входа. Александер кивнул им, зашёл внутрь.
***
Внутри полумрак, запах пива и табака, несколько столиков, барная стойка. За стойкой старик-бармен вытирал стаканы, не поднимая глаз.
Сотрудники быстро, методично осмотрели помещение: кухня, подсобка, уборная, лестница на второй этаж. Один поднялся наверх, вернулся через минуту:
- Чисто. Никого.
Александер кивнул, прошёл к столику у окна. Сел так, чтобы видеть улицу и вход. Сотрудники расселись по углам, незаметно, но охватывая весь зал. Бармен налил Александеру воды, не спрашивая, поставил стакан, вернулся за стойку.
Александер достал из кармана карманные часы, проверил время. Лука должен прийти через пятнадцать минут.
Ждал.
Лука опоздал на десять минут.
Дверь распахнулась, он ввалился внутрь - грузный, потный, с красным лицом. Остановился на пороге, оглядел зал, усмехнулся криво:
- Это твои тут всё здание облепили, как мухи говно?
Александер не ответил. Кивнул на стул напротив. Лука подошёл, тяжело опустился, махнул бармену:
- Пиво. Большое. И картошки.
Бармен кивнул, ушёл на кухню.
Александер смотрел на Луку, молча, оценивающе.
Тот выглядел плохо. Хуже, чем обычно. Пусть и сохранил выправку, но… лицо серое, под глазами мешки, руки дрожат. Одежда грязная и мятая, воняет табаком, пивом, мочой. Глаза бегают, не останавливаются ни на чём.
Боится.
- Ты в порядке? - спросил Александер.
- Да, да, - Лука махнул рукой. - Просто… нервы. После Валентина… понимаешь. Работа у меня теперь такая… нервная.
Александер кивнул. Понимал.
Бармен принёс пиво и тарелку жареной картошки. Лука схватил кружку, осушил половину залпом, выдохнул, вытер рот рукавом. Взял картошку пальцами, запихал в рот, жевал с открытым ртом, жадно.
Александер смотрел, сдерживая брезгливость.
- Бумаги, - сказал он коротко.
Лука кивнул, полез во внутренний карман грязного пиджака, вытащил свёрток, завернутый в газету. Бросил на стол.
Александер развернул.
Листы бумаги, несколько штук, помятые, со следами жира. Рисунки от руки, кривые, но узнаваемые. Чертежи.
Александер пробежал глазами, остановился.
Оно.
Взрывное устройство. Узнал сразу - схема знакомая, простая, но эффективная. Рядом - оружие, что-то самодельное, детали непонятные, но принцип ясен. Ещё несколько рисунков: приспособления, механизмы, ловушки.
Перевернул лист.
На обороте - таблица, цифры, подписи. Бухгалтерия. Накладные. Оружейный завод, Восточная территория.
Александер выдохнул медленно. Улыбнулся. Хищно.
Всё сходится. Попались.
Поднял взгляд на Луку. Тот допивал пиво, жевал картошку, смотрел в стол.
- Где ты это достал? - спросил Александер тихо.
- Знакомый. Работает на заводе, я говорил. Оружейном. - Лука вытер жирные пальцы о штаны и рыгнул. - Говорит, там ящики приходят, в нефтяных пятнах и тяжёлые. Размалёванные какой-то религиозной хренью, солнце нарисовано. И люди странные. Ночами типа молятся в часовне на территории. Богослужения, вся херня. Какие, сука, богослужения солнцу ночью?
Александер слушал, не отрывая взгляда.
- Твой знакомый. Он видел, кто их привозит?
- Нет. Только ящики. И людей. Говорит, боится. Просил не светить его. Но деньги нужны.
Александер кивнул. Бумаг достаточно.
Убрал листы обратно в газету, сунул во внутренний карман пиджака.
Посмотрел на Луку. Тот допил пиво, облизнул губы, смотрел на Александера с надеждой.
- Ты сказал, будет компенсация.
Александер усмехнулся - коротко, довольно, как голодный мастиф.
- Будет. Больше, чем думал. Тебе придётся переехать, на время. Надёжное место, охрана, всё оплатим. Пока мы не закроем дело.
Лука выдохнул с облегчением, кивнул жадно:
- Да, да. Конечно. Когда?
- Сейчас. Со мной.
Лука кивнул снова, потянулся за ещё одной картошкой, запихал в рот.
Александер встал, протянул руку:
- Договорились.
Лука вытер жирную ладонь о штаны, пожал руку Александера. Тот сдержал желание поморщиться - рука потная, липкая, мягкая.
Отпустил.
- Пойдём.
Лука кивнул, встал, но вдруг замялся:
- Мне… можно в уборную? Пиво, понимаешь…
Александер вздохнул:
- Быстро.
Лука кивнул, пошёл к задней двери, где была лестница и уборная.
Александер вернулся к столу, сел, посмотрел на часы.
Ждал.
Пять минут.
Десять.
Александер нахмурился.
Пятнадцать.
Злость за потерянное время закипала, медленно, холодно.
Встал, кивнул одному из сотрудников:
- Проверь.
Тот кивнул, пошёл к задней двери.
Александер пошёл следом.
***
Коридор узкий, тёмный. Дверь уборной приоткрыта. Свет внутри не горит. Тихий шелест и странный звенящий звук.
Сотрудник толкнул дверь шире, заглянул, замер.
- Сэр…
Александер подошёл, посмотрел через плечо.
Лужа. Тёмная, растекающаяся по полу. Кровь.
Тело. Без головы. Присыпанное штукатуркой. Лука. Узнал по одежде, по грузной фигуре.
Голова в углу, глаза открыты, рот искривлён.
Александер не двигался, словно замёрз. Смотрел. Холодно. Методично.
Поднял взгляд.
Стены повреждены, штукатурка и краска осыпались. Везде чёрные капли - видимо, кровь. Лампочка разбита. Наваленная груда хлама. Сука, мусор. И на уровне шеи закреплена - разорванная в клочья коробка. Проволока, тонкая, блестящая, намотана на катушку внутри. Таймер рядом, маленький, цифры мигают.
Ловушка.
Александер шагнул ближе, присел, осмотрел механизм.
Таймер. Выбрасывает проволоку, вращает на высокой скорости. На уровне шеи. Обезглавливание.
Примитивно. Эффективно.
Знакомо.
Рука потянулась, сама, без решения. Поднырнул под проволоку, дотянулся до коробки, нащупал кнопку сбоку. Нажал.
Щелчок. Таймер погас. Проволока остановилась.
Александер выпрямился, отряхнул руки. Автоматически. Не думая. Рефлексы.
Повернулся к сотруднику:
- Кто входил в здание? Выходил?
Тот помотал головой:
- Никто, сэр. Мы следили. Только вы, Лука, бармен.
Александер нахмурился:
- Коробка. Кто-то её поставил. Когда?
Сотрудник задумался, потом вспомнил:
- Когда мы осматривали здание… кажется, она уже была. Не придал значения. Думал, мусор, смотрите сами, тут всё старый хлам!
Александер молчал. Смотрел на коробку, на проволоку, на механизм.
Значит, здесь. До их прихода. Ждала.
Ждала Луку? Или его?
Это уже не важно.
Кто-то знал. Где встреча. Когда. Как.
Кто-то всегда на шаг впереди.
Александер развернулся, вышел из коридора.
Вернулся в зал. Сел за тот же столик. Посмотрел на остатки еды Луки - недопитое пиво, жирная тарелка с остатками картошки.
Махнул трясущемуся в углу бармену:
- Чай.
Тот кивнул, ушёл в кухню, загремел посудой, что-то разбил со звоном.
Александер сидел, смотрел в стол. Рука сама нырнула в карман, нащупала ложку. Вытащил, положил на стол.
Маленькая. Чайная. Потемневшая от времени. Ручка изогнута спиралью.
Смотрел на неё.
Долго.
Не крутил в пальцах. Не успокаивался.
Просто смотрел.
Впервые видел по-настоящему.
Бармен принёс чай, поставил. Александер кивнул, не отрывая взгляда от ложки. Взял её, размешал чай. Медленно. Спираль на ручке крутилась, ловила свет.
Дверь открылась. Ассистент вошёл, быстрым шагом, папка документов в руках. Увидел Александера, остановился, выпрямился.
Александер не поднял взгляда. Жестом указал на стул напротив.
Тот сел. Вытянулся в струнку. С сомнением оглядел стол.
Александер смахнул остатки еды Луки на пол, не глядя. Тарелка упала, разбилась. Кружка покатилась, остановилась у стены.
Положил ложку в центр стола.
Смотрел на неё.
Молча.
Потом заговорил - тихо, размеренно, не отрывая взгляда от ложки:
- Что ты знаешь о войне, Аарон?
Помощник моргнул, не ожидал вопроса:
- Сэр?
Пауза.
Александер закрыл глаза и, наконец, ухватил ниточку своей памяти. Кажется, шёл дождь…
***
Дождь.
Холодный, осенний, пробирающий до костей. Барабанил по каскам, по плечам, стекал за воротник. Александер стоял у входа в канализацию - чёрная дыра в земле, воняло нечистотами, гнилью, смертью.
Отряд за спиной. Двенадцать человек, его человек. Молодые. Опытные. Лучшие.
Задание: найти двоих. Гениев. Брат и сестра. Или муж и жена. Неважно. Главное - они там, на вражеской территории, где-то в за этой сетью тоннелей. Командир сказал, на них держится вся линия обороны Востока. Без них - рухнет.
Командир сказал: «Канализация. Ковровая дорожка для твоей задницы.» Сука.
Александер спустился первым.
Темнота. Вонючая вязкая вода по колено, холодная, липкая. Фонарь высвечивал узкий тоннель, кирпичные стены, покрытые слизью. Запах - невыносимый, першило в горле, хотелось блевать. Но привыкали. Быстро.
Шли медленно, осторожно. Проверяли каждый угол, каждую трубу, каждый выступ.
Первая ловушка сработала через десять минут.
Проволока. Тонкая, незаметная, натянутая на уровне щиколотки. Почти все прошли, но кто-то зацепил. Щелчок. Взрыв - не сильный, направленный узко, но достаточный. Осколки, крик, вода окрасилась красным.
Один человек. Мёртв.
Остановились. Осмотрелись. Ловушка примитивная. Хитро скрученные гвозди, проволока. Мусор.
Но работает.
Пошли дальше.
Вторая ловушка - через двадцать минут. На повороте. Коробка, прикреплённая к стене. Таймер. Кто-то подошёл слишком близко. Сработала. Проволоку выбросило, вращающуюся, на уровне шеи, хлестануло по стенам, разбрасывая капли крови, смешанные с говном.
Голова отлетела, упала в воду, поплыла по течению.
Александер смотрел, как она медленно крутится, уносится в темноту.
Лука застонал, попытался ухватить голову друга, чуть сам не упал… удержали. Боевой товарищ. Хороший парень. Был.
Теперь голова в сточных водах.
Остановились снова. Кто-то блеванул. Кто-то выругался. Александер молчал.
- Дальше, - сказал коротко. - Лука, соберись. Отомстим.
- Так точно, сэр! - выдавил тот и зло матюкнулся сквозь зубы.
Пошли.
Третья ловушка. Четвёртая. Пятая.
Теряли людей. Одного за другим. Взрывы, лезвия, проволока. Всегда по-разному. Всегда неожиданно, изо всех щелей можно было ожидать подвоха.
Гений работал.
Шли медленно, параноидально проверяя каждую дыру. Голова кружилась и болела от вони. К тому времени, как дошли до ставки, осталось шестеро. Из двенадцати.
«Ковровая дорожка», сука!
Злость. Холодная, тяжёлая, как камень в груди.
***
Выход из канализации - узкий люк, ржавая лестница. Александер вылез первым, пригнулся за кучей мусора, осмотрелся. Окраина города, заброшенные склады, дождь барабанил по крышам. Тихо.
Слишком тихо.
Рукой показал отряду: ждать. Прислушался.
Голоса. Вдалеке. Смех. Огоньки сигарет. Вражеский патруль.
Александер усмехнулся, коротко и зло. Удача.
Жестом: за мной, тихо.
Пошли вдоль стены, пригнувшись. Патруль - четверо, в форме восточников, автоматы небрежно на плечах, расслабленные. Курили, болтали, не ждали нападения. Дураки.
Александер поднял руку: стоп. Жестами: двое справа, двое слева, по команде.
Отряд разошёлся, бесшумно, как тени.
Александер достал нож. Ждал.
Патруль подошёл ближе. Один зашёл за угол - прямо на Александера.
Рука на рот. Нож в горло. Тихо, быстро. Тело осело.
Остальные - одновременно. Три глухих удара, хрип, падение.
Тишина.
Александер вытер нож о чужую форму, осмотрел трупы. Форма. Документы. Карта.
Посмотрел на отряд:
- Переодеться. Быстро.
Стянули форму с мёртвых, надели на себя. Тесная, мокрая, вонючая. Но работает.
Александер взял карту, изучил. Ставка - два квартала отсюда. Но между… минное поле. Отмечено крестиками. Хитро.
Посмотрел на Луку:
- Двое живых нужны. Найди.
Лука кивнул, ушёл в темноту. Вернулся через пять минут, волоча за собой двух восточников - молодых, перепуганных, связанных. Один хныкал, второй молчал, глаза широкие.
Александер присел перед ними, посмотрел в глаза молчаливому:
- Ставка. Проведёшь.
Тот мотал головой, что-то тараторил на своём языке.
Александер ткнул ножом в карту, потом в сторону ставки:
- Проведёшь. Или убью. - провёл рукой возле горла.
Молчаливый замер. Посмотрел на нож. Кивнул медленно.
Александер поднялся, кивнул Луке:
- Развяжи ноги. Руки за спиной.
Лука развязал, поставил пленников впереди. Александер толкнул молчаливого вперёд:
- Иди. Мины покажи. Ошибёшься - умрёшь первым.
Пошли.
Пленники шли впереди, медленно, осторожно. Молчаливый показывал рукой: здесь безопасно, здесь мина, обойти слева.
Александер шёл за ним, автомат в спину. Отряд следом, гуськом, по его следам.
Прошли половину поля. Молчаливый остановился, показал вправо: мина.
Второй пленник, хнычущий, споткнулся, шагнул не туда.
Щелчок.
Взрыв.
Тело разорвало, куски полетели в стороны. Молчаливый закричал, упал на колени.
Александер брезгливо сбросил ошмёток с плеча, схватил молчаливого за шиворот, поднял, толкнул вперёд:
- Дальше. Иди.
Молчаливый плакал, но шёл. Показывал дорогу. Обходил мины.
Дошли до края поля. Ставка впереди: подвал под разрушенным зданием, охрана у входа.
Александер кивнул отряду: тихо снять. Луке: пленник не нужен.
Лука кивнул, ножом - быстро, тихо. Молчаливый осел.
Пошли к ставке.
***
Подвал, переоборудованный под нужды армии. Восточники не церемонились, пробили несколько стен для проводов. Офицеры, карты, радиостанция. Не потревожив тишину, сняли охрану. Ножами прирезали спящих. В офицерскую Александер ворвался первым, автомат наперевес. Офицер за столом вскочил, руки вверх, глаза широкие.
Александер схватил его за ворот, притянул к себе:
- Где они? Где эти суки с ловушками? Где?
Офицер тараторил что-то на своём языке, быстро, испуганно. Александер не понимал ни слова.
- Где?! - Тряхнул его, приложил об стол.
- Я не понимать! Я не понимать! - Офицер мотал головой, лицо перекошено, в крови.
Александер отшвырнул его на пол, сбросил на пол радиостанцию, в которой что-то хрустнуло, и приставил автомат к виску. Громко, зло, чётко, словно пятилетнему ребёнку:
- Ловушки. Покажи. Убью.
Офицер кивнул, быстро, испуганно. Встал, пошёл к двери, руки всё ещё кверху.
Александер пошёл за ним. Отряд внимательно отслеживал периметр.
Офицер привёл их в казарму. Большое помещение, пустое, стены-перегородки разбиты. Койки вдоль стен, но никого. Отвлекающий манёвр сработал, все в другом конце города, обороняются от фальшивого наступления. Тихо. Только дождь барабанил по крыше.
Александер оглядел помещение, нахмурился:
- И где?
Офицер пожал плечами, что-то пробормотал. Александер не слушал. Оглядывался. Что-то не так.
Слишком тихо. Слишком пусто.
Потом увидел.
В углу. За столом.
Парень. Худой, бледный, коротко стриженные волосы. Сидит, склонившись над столом, что-то мастерит. Руки двигаются быстро, точно. Гнёт гвоздь, вставляет в коробку, закручивает проволоку.
Мина. Делает мину. Ту самую мину. Из мусора.
В правой руке блестит, переливается под светом лампы ложка. Маленькая, чайная, со спиральным узором на ручке. Крутит её в пальцах, не глядя. Автоматически.
Рядом - девушка. Шатенка, среднего роста. Под глазом надулся свежий синяк, разбитая губа ещё кровоточит. Одежда грязная, порванная. Стоит рядом с парнем, между ним и дверью. В руке - вилка. Обычная столовая вилка. Держит её как оружие. Взгляд бешеный, отчаянный.
Смотрит на Александера.
Не отступает.
Александер остановился. Смотрел на них. На парня с ложкой. На девушку с вилкой.
Гении.
Вот они.
Брат и сестра. Муж и жена. Неважно.
Мусор в их руках становится смертью.
Шестеро его людей мертвы. Из-за гвоздей и проволоки.
Злость кипела, медленно, холодно.
***
Александер открыл глаза. Моргнул. Вернулся в бар. Пахло кислым пивом, картошкой и плохим чаем. Аарон сидит напротив за столом, смотрит, слушает, затаив дыхание.
Александер взял ложку, повернул в пальцах.
- Так мы их и схватили, - сказал тихо, без эмоций. - И были… очень злы, потеряв так много людей из-за… грёбаного мусора.
Положил ложку на стол.
Посмотрел на Аарона.
Молчал.
Помощник молчал. Смотрел на Александера, не отрываясь. Слушал - или скорее впитывал, как губка воду. Лицо непроницаемое, но глаза внимательные, острые.
Потом спросил тихо:
- Мы знаем, кого ищем?
Александер не ответил сразу. Смотрел на ложку, на стол, куда-то сквозь.
Думал долго.
Потом медленно, уверенно кивнул:
- Он должен быть мёртв.
Пауза.
- Искать нужно женщину.
Молчал. Долго. Аарон ждал, не перебивая.
Александер наконец продолжил, с сомнением, неуверенно:
- Шатенка средних лет, среднего возраста. Без особых примет.
Посмотрел на ассистента. Молча. Секунды тянулись.
Аарон смотрел в ответ. Ждал.
Александер махнул рукой, резко, раздражённо:
- Забудь. Я представить не могу, как сильно она могла измениться за эти годы.
Ассистент выдохнул - с облегчением, почти незаметно. Описание действительно слабовато для поисков. Помощник кивнул, серьёзно:
- Сэр. Только что поступил звонок. Пока вы… - кивнул на коридор, где лежало тело Луки, - …там были. Новые взрывы. Несколько. В других городах.
Александер поднял взгляд, резко:
- Где?
- Столица. Два промышленных центра на севере. - Аарон достал блокнот из кармана, открыл, зачитал: - Здание министерства обороны. Военный госпиталь. Казармы. Везде жертвы. Десятки.
Пауза.
- Начальство рвёт и мечет.
Александер молчал. Рука сама нырнула в карман пиджака, нащупала бумаги - чертежи от Луки, свёрнутые, помятые. Гладил их сквозь ткань, медленно.
Лицо застыло. Потом исказилось - злая усмешка, хищная, холодная.
Поднял взгляд на Аарона:
- Собери информацию. Всю, что есть. По Оружейному заводу. Восточная территория. Завоёванная.
Аарон кивнул, записал.
- И по Нефтеперерабатывающему заводу. Там же. Рядом.
Ещё кивок.
- Срочно. К утру на моём столе.
- Да, сэр.
Александер встал. Взгляд задержался на ложке - спираль ловила свет в последний раз. Оставил её там. Больше не нужна. Посмотрел на Аарона:
- Поехали.
Тот встал, взял папку, пошёл к выходу.
Александер задержался. Оглянулся на коридор, где за дверью лежало тело Луки, где на на куче мусора притаилась обезвреженная ловушка. Она всё-таки нашла тебя, солдат, почти через четверть века.
Развернулся. Вышел в ночь.
Александер сидел на заднем сиденье служебного автомобиля, смотрел в окно. Город за стеклом тёк мимо: вечерние улицы, редкие прохожие, фонари зажигались один за другим. Скоро темнота.
Ассистент за рулём молчал. Руки на руле, спина прямая, взгляд на дорогу. Профессионально. Александер смотрел на его затылок, думал. Помощник всегда появлялся удивительно к месту, удивительно много знает, имеет доступ ко всему. Не многовато ли удивительного? С другой стороны, алиби есть: больница, наркотик, краснел от стыда. Логично. Но что-то царапало, неуловимое. Интуиция? Паранойя?
Не важно.
Безопаснее держать рядом, но не слишком близко. Последим.
- Ты останешься в машине, - сказал Александер, не отрывая взгляда от окна.
Ассистент глянул в зеркало заднего вида:
- Сэр?
- Снаружи. Следи за улицей, внутрь не заходи. Если что-то пойдёт не так, свяжись из машины с конторой.
Пауза.
- Да, сэр.
Александер кивнул. Помощник не спорил и принял спокойно. Хорошо. Последим.
Место встречи - бар на окраине города, старое здание, двухэтажное, облупившаяся краска на стенах, вывеска не горит. Тихое место. Мало посетителей. Идеально для этой встречи, где не нужны ни конспирация, ни свидетели.
Машина остановилась в переулке. Александер вышел, застегнул пиджак, оглядел улицу. Пусто. Сумерки сгущались.
Трое сотрудников в штатском уже ждали у входа. Александер кивнул им, зашёл внутрь.
***
Внутри полумрак, запах пива и табака, несколько столиков, барная стойка. За стойкой старик-бармен вытирал стаканы, не поднимая глаз.
Сотрудники быстро, методично осмотрели помещение: кухня, подсобка, уборная, лестница на второй этаж. Один поднялся наверх, вернулся через минуту:
- Чисто. Никого.
Александер кивнул, прошёл к столику у окна. Сел так, чтобы видеть улицу и вход. Сотрудники расселись по углам, незаметно, но охватывая весь зал. Бармен налил Александеру воды, не спрашивая, поставил стакан, вернулся за стойку.
Александер достал из кармана карманные часы, проверил время. Лука должен прийти через пятнадцать минут.
Ждал.
Лука опоздал на десять минут.
Дверь распахнулась, он ввалился внутрь - грузный, потный, с красным лицом. Остановился на пороге, оглядел зал, усмехнулся криво:
- Это твои тут всё здание облепили, как мухи говно?
Александер не ответил. Кивнул на стул напротив. Лука подошёл, тяжело опустился, махнул бармену:
- Пиво. Большое. И картошки.
Бармен кивнул, ушёл на кухню.
Александер смотрел на Луку, молча, оценивающе.
Тот выглядел плохо. Хуже, чем обычно. Пусть и сохранил выправку, но… лицо серое, под глазами мешки, руки дрожат. Одежда грязная и мятая, воняет табаком, пивом, мочой. Глаза бегают, не останавливаются ни на чём.
Боится.
- Ты в порядке? - спросил Александер.
- Да, да, - Лука махнул рукой. - Просто… нервы. После Валентина… понимаешь. Работа у меня теперь такая… нервная.
Александер кивнул. Понимал.
Бармен принёс пиво и тарелку жареной картошки. Лука схватил кружку, осушил половину залпом, выдохнул, вытер рот рукавом. Взял картошку пальцами, запихал в рот, жевал с открытым ртом, жадно.
Александер смотрел, сдерживая брезгливость.
- Бумаги, - сказал он коротко.
Лука кивнул, полез во внутренний карман грязного пиджака, вытащил свёрток, завернутый в газету. Бросил на стол.
Александер развернул.
Листы бумаги, несколько штук, помятые, со следами жира. Рисунки от руки, кривые, но узнаваемые. Чертежи.
Александер пробежал глазами, остановился.
Оно.
Взрывное устройство. Узнал сразу - схема знакомая, простая, но эффективная. Рядом - оружие, что-то самодельное, детали непонятные, но принцип ясен. Ещё несколько рисунков: приспособления, механизмы, ловушки.
Перевернул лист.
На обороте - таблица, цифры, подписи. Бухгалтерия. Накладные. Оружейный завод, Восточная территория.
Александер выдохнул медленно. Улыбнулся. Хищно.
Всё сходится. Попались.
Поднял взгляд на Луку. Тот допивал пиво, жевал картошку, смотрел в стол.
- Где ты это достал? - спросил Александер тихо.
- Знакомый. Работает на заводе, я говорил. Оружейном. - Лука вытер жирные пальцы о штаны и рыгнул. - Говорит, там ящики приходят, в нефтяных пятнах и тяжёлые. Размалёванные какой-то религиозной хренью, солнце нарисовано. И люди странные. Ночами типа молятся в часовне на территории. Богослужения, вся херня. Какие, сука, богослужения солнцу ночью?
Александер слушал, не отрывая взгляда.
- Твой знакомый. Он видел, кто их привозит?
- Нет. Только ящики. И людей. Говорит, боится. Просил не светить его. Но деньги нужны.
Александер кивнул. Бумаг достаточно.
Убрал листы обратно в газету, сунул во внутренний карман пиджака.
Посмотрел на Луку. Тот допил пиво, облизнул губы, смотрел на Александера с надеждой.
- Ты сказал, будет компенсация.
Александер усмехнулся - коротко, довольно, как голодный мастиф.
- Будет. Больше, чем думал. Тебе придётся переехать, на время. Надёжное место, охрана, всё оплатим. Пока мы не закроем дело.
Лука выдохнул с облегчением, кивнул жадно:
- Да, да. Конечно. Когда?
- Сейчас. Со мной.
Лука кивнул снова, потянулся за ещё одной картошкой, запихал в рот.
Александер встал, протянул руку:
- Договорились.
Лука вытер жирную ладонь о штаны, пожал руку Александера. Тот сдержал желание поморщиться - рука потная, липкая, мягкая.
Отпустил.
- Пойдём.
Лука кивнул, встал, но вдруг замялся:
- Мне… можно в уборную? Пиво, понимаешь…
Александер вздохнул:
- Быстро.
Лука кивнул, пошёл к задней двери, где была лестница и уборная.
Александер вернулся к столу, сел, посмотрел на часы.
Ждал.
Пять минут.
Десять.
Александер нахмурился.
Пятнадцать.
Злость за потерянное время закипала, медленно, холодно.
Встал, кивнул одному из сотрудников:
- Проверь.
Тот кивнул, пошёл к задней двери.
Александер пошёл следом.
***
Коридор узкий, тёмный. Дверь уборной приоткрыта. Свет внутри не горит. Тихий шелест и странный звенящий звук.
Сотрудник толкнул дверь шире, заглянул, замер.
- Сэр…
Александер подошёл, посмотрел через плечо.
Лужа. Тёмная, растекающаяся по полу. Кровь.
Тело. Без головы. Присыпанное штукатуркой. Лука. Узнал по одежде, по грузной фигуре.
Голова в углу, глаза открыты, рот искривлён.
Александер не двигался, словно замёрз. Смотрел. Холодно. Методично.
Поднял взгляд.
Стены повреждены, штукатурка и краска осыпались. Везде чёрные капли - видимо, кровь. Лампочка разбита. Наваленная груда хлама. Сука, мусор. И на уровне шеи закреплена - разорванная в клочья коробка. Проволока, тонкая, блестящая, намотана на катушку внутри. Таймер рядом, маленький, цифры мигают.
Ловушка.
Александер шагнул ближе, присел, осмотрел механизм.
Таймер. Выбрасывает проволоку, вращает на высокой скорости. На уровне шеи. Обезглавливание.
Примитивно. Эффективно.
Знакомо.
Рука потянулась, сама, без решения. Поднырнул под проволоку, дотянулся до коробки, нащупал кнопку сбоку. Нажал.
Щелчок. Таймер погас. Проволока остановилась.
Александер выпрямился, отряхнул руки. Автоматически. Не думая. Рефлексы.
Повернулся к сотруднику:
- Кто входил в здание? Выходил?
Тот помотал головой:
- Никто, сэр. Мы следили. Только вы, Лука, бармен.
Александер нахмурился:
- Коробка. Кто-то её поставил. Когда?
Сотрудник задумался, потом вспомнил:
- Когда мы осматривали здание… кажется, она уже была. Не придал значения. Думал, мусор, смотрите сами, тут всё старый хлам!
Александер молчал. Смотрел на коробку, на проволоку, на механизм.
Значит, здесь. До их прихода. Ждала.
Ждала Луку? Или его?
Это уже не важно.
Кто-то знал. Где встреча. Когда. Как.
Кто-то всегда на шаг впереди.
Александер развернулся, вышел из коридора.
Вернулся в зал. Сел за тот же столик. Посмотрел на остатки еды Луки - недопитое пиво, жирная тарелка с остатками картошки.
Махнул трясущемуся в углу бармену:
- Чай.
Тот кивнул, ушёл в кухню, загремел посудой, что-то разбил со звоном.
Александер сидел, смотрел в стол. Рука сама нырнула в карман, нащупала ложку. Вытащил, положил на стол.
Маленькая. Чайная. Потемневшая от времени. Ручка изогнута спиралью.
Смотрел на неё.
Долго.
Не крутил в пальцах. Не успокаивался.
Просто смотрел.
Впервые видел по-настоящему.
Бармен принёс чай, поставил. Александер кивнул, не отрывая взгляда от ложки. Взял её, размешал чай. Медленно. Спираль на ручке крутилась, ловила свет.
Дверь открылась. Ассистент вошёл, быстрым шагом, папка документов в руках. Увидел Александера, остановился, выпрямился.
Александер не поднял взгляда. Жестом указал на стул напротив.
Тот сел. Вытянулся в струнку. С сомнением оглядел стол.
Александер смахнул остатки еды Луки на пол, не глядя. Тарелка упала, разбилась. Кружка покатилась, остановилась у стены.
Положил ложку в центр стола.
Смотрел на неё.
Молча.
Потом заговорил - тихо, размеренно, не отрывая взгляда от ложки:
- Что ты знаешь о войне, Аарон?
Помощник моргнул, не ожидал вопроса:
- Сэр?
Пауза.
Александер закрыл глаза и, наконец, ухватил ниточку своей памяти. Кажется, шёл дождь…
***
Дождь.
Холодный, осенний, пробирающий до костей. Барабанил по каскам, по плечам, стекал за воротник. Александер стоял у входа в канализацию - чёрная дыра в земле, воняло нечистотами, гнилью, смертью.
Отряд за спиной. Двенадцать человек, его человек. Молодые. Опытные. Лучшие.
Задание: найти двоих. Гениев. Брат и сестра. Или муж и жена. Неважно. Главное - они там, на вражеской территории, где-то в за этой сетью тоннелей. Командир сказал, на них держится вся линия обороны Востока. Без них - рухнет.
Командир сказал: «Канализация. Ковровая дорожка для твоей задницы.» Сука.
Александер спустился первым.
Темнота. Вонючая вязкая вода по колено, холодная, липкая. Фонарь высвечивал узкий тоннель, кирпичные стены, покрытые слизью. Запах - невыносимый, першило в горле, хотелось блевать. Но привыкали. Быстро.
Шли медленно, осторожно. Проверяли каждый угол, каждую трубу, каждый выступ.
Первая ловушка сработала через десять минут.
Проволока. Тонкая, незаметная, натянутая на уровне щиколотки. Почти все прошли, но кто-то зацепил. Щелчок. Взрыв - не сильный, направленный узко, но достаточный. Осколки, крик, вода окрасилась красным.
Один человек. Мёртв.
Остановились. Осмотрелись. Ловушка примитивная. Хитро скрученные гвозди, проволока. Мусор.
Но работает.
Пошли дальше.
Вторая ловушка - через двадцать минут. На повороте. Коробка, прикреплённая к стене. Таймер. Кто-то подошёл слишком близко. Сработала. Проволоку выбросило, вращающуюся, на уровне шеи, хлестануло по стенам, разбрасывая капли крови, смешанные с говном.
Голова отлетела, упала в воду, поплыла по течению.
Александер смотрел, как она медленно крутится, уносится в темноту.
Лука застонал, попытался ухватить голову друга, чуть сам не упал… удержали. Боевой товарищ. Хороший парень. Был.
Теперь голова в сточных водах.
Остановились снова. Кто-то блеванул. Кто-то выругался. Александер молчал.
- Дальше, - сказал коротко. - Лука, соберись. Отомстим.
- Так точно, сэр! - выдавил тот и зло матюкнулся сквозь зубы.
Пошли.
Третья ловушка. Четвёртая. Пятая.
Теряли людей. Одного за другим. Взрывы, лезвия, проволока. Всегда по-разному. Всегда неожиданно, изо всех щелей можно было ожидать подвоха.
Гений работал.
Шли медленно, параноидально проверяя каждую дыру. Голова кружилась и болела от вони. К тому времени, как дошли до ставки, осталось шестеро. Из двенадцати.
«Ковровая дорожка», сука!
Злость. Холодная, тяжёлая, как камень в груди.
***
Выход из канализации - узкий люк, ржавая лестница. Александер вылез первым, пригнулся за кучей мусора, осмотрелся. Окраина города, заброшенные склады, дождь барабанил по крышам. Тихо.
Слишком тихо.
Рукой показал отряду: ждать. Прислушался.
Голоса. Вдалеке. Смех. Огоньки сигарет. Вражеский патруль.
Александер усмехнулся, коротко и зло. Удача.
Жестом: за мной, тихо.
Пошли вдоль стены, пригнувшись. Патруль - четверо, в форме восточников, автоматы небрежно на плечах, расслабленные. Курили, болтали, не ждали нападения. Дураки.
Александер поднял руку: стоп. Жестами: двое справа, двое слева, по команде.
Отряд разошёлся, бесшумно, как тени.
Александер достал нож. Ждал.
Патруль подошёл ближе. Один зашёл за угол - прямо на Александера.
Рука на рот. Нож в горло. Тихо, быстро. Тело осело.
Остальные - одновременно. Три глухих удара, хрип, падение.
Тишина.
Александер вытер нож о чужую форму, осмотрел трупы. Форма. Документы. Карта.
Посмотрел на отряд:
- Переодеться. Быстро.
Стянули форму с мёртвых, надели на себя. Тесная, мокрая, вонючая. Но работает.
Александер взял карту, изучил. Ставка - два квартала отсюда. Но между… минное поле. Отмечено крестиками. Хитро.
Посмотрел на Луку:
- Двое живых нужны. Найди.
Лука кивнул, ушёл в темноту. Вернулся через пять минут, волоча за собой двух восточников - молодых, перепуганных, связанных. Один хныкал, второй молчал, глаза широкие.
Александер присел перед ними, посмотрел в глаза молчаливому:
- Ставка. Проведёшь.
Тот мотал головой, что-то тараторил на своём языке.
Александер ткнул ножом в карту, потом в сторону ставки:
- Проведёшь. Или убью. - провёл рукой возле горла.
Молчаливый замер. Посмотрел на нож. Кивнул медленно.
Александер поднялся, кивнул Луке:
- Развяжи ноги. Руки за спиной.
Лука развязал, поставил пленников впереди. Александер толкнул молчаливого вперёд:
- Иди. Мины покажи. Ошибёшься - умрёшь первым.
Пошли.
Пленники шли впереди, медленно, осторожно. Молчаливый показывал рукой: здесь безопасно, здесь мина, обойти слева.
Александер шёл за ним, автомат в спину. Отряд следом, гуськом, по его следам.
Прошли половину поля. Молчаливый остановился, показал вправо: мина.
Второй пленник, хнычущий, споткнулся, шагнул не туда.
Щелчок.
Взрыв.
Тело разорвало, куски полетели в стороны. Молчаливый закричал, упал на колени.
Александер брезгливо сбросил ошмёток с плеча, схватил молчаливого за шиворот, поднял, толкнул вперёд:
- Дальше. Иди.
Молчаливый плакал, но шёл. Показывал дорогу. Обходил мины.
Дошли до края поля. Ставка впереди: подвал под разрушенным зданием, охрана у входа.
Александер кивнул отряду: тихо снять. Луке: пленник не нужен.
Лука кивнул, ножом - быстро, тихо. Молчаливый осел.
Пошли к ставке.
***
Подвал, переоборудованный под нужды армии. Восточники не церемонились, пробили несколько стен для проводов. Офицеры, карты, радиостанция. Не потревожив тишину, сняли охрану. Ножами прирезали спящих. В офицерскую Александер ворвался первым, автомат наперевес. Офицер за столом вскочил, руки вверх, глаза широкие.
Александер схватил его за ворот, притянул к себе:
- Где они? Где эти суки с ловушками? Где?
Офицер тараторил что-то на своём языке, быстро, испуганно. Александер не понимал ни слова.
- Где?! - Тряхнул его, приложил об стол.
- Я не понимать! Я не понимать! - Офицер мотал головой, лицо перекошено, в крови.
Александер отшвырнул его на пол, сбросил на пол радиостанцию, в которой что-то хрустнуло, и приставил автомат к виску. Громко, зло, чётко, словно пятилетнему ребёнку:
- Ловушки. Покажи. Убью.
Офицер кивнул, быстро, испуганно. Встал, пошёл к двери, руки всё ещё кверху.
Александер пошёл за ним. Отряд внимательно отслеживал периметр.
Офицер привёл их в казарму. Большое помещение, пустое, стены-перегородки разбиты. Койки вдоль стен, но никого. Отвлекающий манёвр сработал, все в другом конце города, обороняются от фальшивого наступления. Тихо. Только дождь барабанил по крыше.
Александер оглядел помещение, нахмурился:
- И где?
Офицер пожал плечами, что-то пробормотал. Александер не слушал. Оглядывался. Что-то не так.
Слишком тихо. Слишком пусто.
Потом увидел.
В углу. За столом.
Парень. Худой, бледный, коротко стриженные волосы. Сидит, склонившись над столом, что-то мастерит. Руки двигаются быстро, точно. Гнёт гвоздь, вставляет в коробку, закручивает проволоку.
Мина. Делает мину. Ту самую мину. Из мусора.
В правой руке блестит, переливается под светом лампы ложка. Маленькая, чайная, со спиральным узором на ручке. Крутит её в пальцах, не глядя. Автоматически.
Рядом - девушка. Шатенка, среднего роста. Под глазом надулся свежий синяк, разбитая губа ещё кровоточит. Одежда грязная, порванная. Стоит рядом с парнем, между ним и дверью. В руке - вилка. Обычная столовая вилка. Держит её как оружие. Взгляд бешеный, отчаянный.
Смотрит на Александера.
Не отступает.
Александер остановился. Смотрел на них. На парня с ложкой. На девушку с вилкой.
Гении.
Вот они.
Брат и сестра. Муж и жена. Неважно.
Мусор в их руках становится смертью.
Шестеро его людей мертвы. Из-за гвоздей и проволоки.
Злость кипела, медленно, холодно.
***
Александер открыл глаза. Моргнул. Вернулся в бар. Пахло кислым пивом, картошкой и плохим чаем. Аарон сидит напротив за столом, смотрит, слушает, затаив дыхание.
Александер взял ложку, повернул в пальцах.
- Так мы их и схватили, - сказал тихо, без эмоций. - И были… очень злы, потеряв так много людей из-за… грёбаного мусора.
Положил ложку на стол.
Посмотрел на Аарона.
Молчал.
Помощник молчал. Смотрел на Александера, не отрываясь. Слушал - или скорее впитывал, как губка воду. Лицо непроницаемое, но глаза внимательные, острые.
Потом спросил тихо:
- Мы знаем, кого ищем?
Александер не ответил сразу. Смотрел на ложку, на стол, куда-то сквозь.
Думал долго.
Потом медленно, уверенно кивнул:
- Он должен быть мёртв.
Пауза.
- Искать нужно женщину.
Молчал. Долго. Аарон ждал, не перебивая.
Александер наконец продолжил, с сомнением, неуверенно:
- Шатенка средних лет, среднего возраста. Без особых примет.
Посмотрел на ассистента. Молча. Секунды тянулись.
Аарон смотрел в ответ. Ждал.
Александер махнул рукой, резко, раздражённо:
- Забудь. Я представить не могу, как сильно она могла измениться за эти годы.
Ассистент выдохнул - с облегчением, почти незаметно. Описание действительно слабовато для поисков. Помощник кивнул, серьёзно:
- Сэр. Только что поступил звонок. Пока вы… - кивнул на коридор, где лежало тело Луки, - …там были. Новые взрывы. Несколько. В других городах.
Александер поднял взгляд, резко:
- Где?
- Столица. Два промышленных центра на севере. - Аарон достал блокнот из кармана, открыл, зачитал: - Здание министерства обороны. Военный госпиталь. Казармы. Везде жертвы. Десятки.
Пауза.
- Начальство рвёт и мечет.
Александер молчал. Рука сама нырнула в карман пиджака, нащупала бумаги - чертежи от Луки, свёрнутые, помятые. Гладил их сквозь ткань, медленно.
Лицо застыло. Потом исказилось - злая усмешка, хищная, холодная.
Поднял взгляд на Аарона:
- Собери информацию. Всю, что есть. По Оружейному заводу. Восточная территория. Завоёванная.
Аарон кивнул, записал.
- И по Нефтеперерабатывающему заводу. Там же. Рядом.
Ещё кивок.
- Срочно. К утру на моём столе.
- Да, сэр.
Александер встал. Взгляд задержался на ложке - спираль ловила свет в последний раз. Оставил её там. Больше не нужна. Посмотрел на Аарона:
- Поехали.
Тот встал, взял папку, пошёл к выходу.
Александер задержался. Оглянулся на коридор, где за дверью лежало тело Луки, где на на куче мусора притаилась обезвреженная ловушка. Она всё-таки нашла тебя, солдат, почти через четверть века.
Развернулся. Вышел в ночь.
